Должно быть, эти размышления отразились на его лице, поскольку миссис Алпертон, пристально наблюдавшая за ним, сказала, повысив голос:

– А она все узнает, предупреждаю вас, милорд!

– Скажите, миссис Алпертон, – с легкой насмешкой поинтересовался Кит, – вы думаете, я поверю, что вы говорите от имени Клары? Это на редкость на нее не похоже!

Это было сказано наугад: вдруг, вопреки его представлению, Клара унаследовала темперамент своей матушки? Но по липу миссис Алпертон он понял, что попал в точку. Она бросила на него злобный взгляд, но ответила почти без заминки:

– О нет, милый мой! Вы прекрасно знаете, что это нежное создание, любя вас так искренне, скорее позволит втоптать себя в грязь, чем воспрепятствовать вашим намерениям, если даже это ее убьет, а я боюсь, что так и случится. Я никогда прежде не видела ее такой слабой и расстроенной. Едва она отрывает голову от подушки, как начинает плакать. Не удивлюсь, если она совсем зачахнет.

Кит покачал головой.

– Вы потрясли меня, мэм. Я не имел понятия о том, что она настолько глубоко страдает!

Он вновь стал обретать уверенность. Его воображение было потрясено тем, что Ивлин мог питать хоть какие-то нежные чувства к столь слезливому существу. По-видимому, он опять попал в цель, так как миссис Алпертон с еле сдерживаемой яростью сообщила ему, что он не знает ни о том, насколько сильны переживания Клары, ни о том, чего ей стоило все время улыбаться в те моменты, когда он ее навещал.

– Если это так, то она должна быть счастлива освободиться от меня, – заметил Кит, не в силах подавить непроизвольный смешок.

Увидев, что миссис Алпертон вот-вот разразится новыми обвинениями, он сделал нетерпеливый жест.

– Нет, нет, достаточно, мэм. Вы выполнили свою миссию! Мне ужасно жаль слышать о страданиях Клары, и я молю вас вернуться к ее постели как можно скорее. Передайте ей мои глубокие извинения за то, что я явился невольной причиной ее болезни, и уверяю вас, что как только смогу, я поспешу нанести ей визит.

Какое-то время не было ясно, чья взяла, но миссис Алпертон была не робкого десятка. Оставив притворные переживания по поводу разбитого сердца дочери, она грубо выкрикнула:

– Не раньше чем вы раскошелитесь. Знаю я таких! Обычный выскочка – вот вы кто! Но вам не удастся лишить мою дочь того, что ей причитается, нет, не удастся! Пока я жива и способна защитить ее!

– Миссис Алпертон, – холодно произнес Кит, – вы делаете ошибку. Я не дам обобрать себя как липку. Поговорим с вами напрямик, если позволите! Я буду щедр с Кларой, но какое бы соглашение мы с ней ни заключили, оно будет касаться только ее и меня и никого больше!

– Да неужели? – воскликнула она. – Уж будто бы? Раз вы так заговорили, милорд-наглец, то я не покину этот дом, пока не выложу все мисс Стейвли. Ну, попробуйте-ка выставить меня отсюда, если у вас хватит смелости. И не говорите мне, что она ушла и ее не будет до глубокой ночи, потому что, если я вам и поверю, – а я, конечно же, не поверю, – я буду ждать до полуночи и даже дольше!

В этот самый момент совершенно неожиданно послышался голос:

– Как удачно, что я еще не ушла! – сказала мисс Стейвли. – Вы хотели меня видеть, мэм?

Поскольку Кит стоял спиной к двери, загораживая ее таким образом от миссис Алпертон, то никто из них не заметил, как дверь тихонько приоткрылась и мисс Стейвли проскользнула в комнату. Миссис Алпертон вскочила, уронив на пол свой зонтик. Кит обернулся, безразличие на его лице сменилось ужасом.

Широко ему улыбнувшись, Кресси вошла в комнату. Непроизвольно он протянул руку, чтобы оставить ее, но она не обратила на это внимания и прошла прямо к креслу, сев напротив миссис Алпертон около камина.

– Прошу меня простить, что я прерываю вас, – вежливо произнесла она. – Но вы, мэм, говорили довольно громко, и я не могла кое-что не услышать. Я так понимаю, вы хотите мне что-то сообщить?

– Нет! – воскликнул Кит.

Краска сошла с лица миссис Алпертон, и она вопросительно на него посмотрела, прежде чем перевести взгляд на Кресси. Взгляд ее был неуверенным, и было очевидно, что она не может решить, принесет ли ей появление Кресси какую-нибудь денежную выгоду или же полностью расстроит ее планы. Чтобы выиграть время, она медленно проговорила:

– Так вы и есть девочка Стейвли? Вы не очень на него похожи, насколько я его помню.

Спокойно приняв подобную фамильярность, Кресси ответила:

– Нет, все считают, что я похожа на свою мать. Итак, что же вы хотели мне сообщить?

– Что до этого, – сказала миссис Алпертон, – то я не могу сказать, что хочу что-либо сообщить вам, или вынашиваю какой-то злой умысел, или рассказываю сказки – меня толкают на это.

Она перевела взгляд на Кита и добавила:

– Может, вы предпочли бы, чтобы я помалкивала, милорд?