— Это его небеса наказали. Ты тут не причем, — попытался успокоить меня Тайрос.

— Я знаю, что это я. Но самое страшное, что мне его не жалко, — шепотом поведала парню, ощущая себя последней мразью.

— А должно быть? — он выгнул одну бровь.

— Но это же человек. И он погиб из-за меня.

— Брось детка. Это падаль. Еще из-за таких ты себя не корила.

— Но…

— А я демон и все равно не понимаю такого цинизма и неоправданной жестокости по отношению к слабым. Можно убить ради еды — это оправданно, если от этого зависит твое выживание. Самозащита, защита близкого. Случайность в конце концов. Но не это. Одной мразью меньше.

Тяжело вздохнула, понимая, что Тай, наверное, прав. Я и сама так думала. Посмотрела на котят.

— Им кушать надо, а у нас в доме даже пипетки нет.

Демон тяжело вздохнул.

— Поехали в город. Там есть круглосуточная аптека. А ты наколдовать не можешь чтобы, не тащиться в такую даль?

Я покачала головой.

— Давай этих чаморошных сюда, — демон скривился. — Успокоилась? Вести сможешь?

Я кивнула, отдавая котят Тайросу. Мелочь недовольно зашипела, но деваться этим двоим было некуда. Такие маленькие, жалкие… Обычные серые мурлыки.

— Подожди. Дай гляну кто это.

Я Осторожно осмотрела малышей.

— Мальчик и девочка. Надо бы имена придумать… — задумчиво пробормотала, садясь в машину.

Всю дорогу туда и обратно Тай бурчал о том, что терпеть не может весь кошачий род.

Они гадят, линяют, все дерут и жрут без меры. А я смотрела, как он согревает их и улыбалась.

Дома кое-как напоила малышей молоком и определила их в коробку из-под обуви.

— Они будут спать у нас. Их кормить надо раз в три часа, чтобы животики не болели, — обрадовала обалдевшего от такой перспективы парня. — И кстати, я имена придумала.

— И как это наказание будет называться?

— Анфиса и Арсений.

— Продолжаешь семейную традицию?

Я с улыбкой кивнула.

Следующая неделя была веселая. Приходилось несколько раз за ночь подрываться на кормежку. Удивительно, но Тай мне помогал в этом деле. Бухтел, но вставал и поил котят по будильнику. Хотя я не просила и не настаивала. Потом стало легче. Кормить приходилось все реже. Кошаки уже не шипели на демона и не пытались уползти от него в дальний угол. Поняли, что не все зло, что злом зовется. Страшнее волки в овечьей шкуре.

Обучение меня шло по плану. Мы уже перешли к сложным зельям и заклинанием. Пролетел месяц.

Теперь я разбиралась в энергетических потоках и азах проклятий. Марфа принесла мне большую книгу по всякого рода порчам, и я сидела над ней часами до ломоты в висках. Но кажется, что-то уже начала понимать.

Еще через месяц я окончательно разобралась во всех видах порч, проклятий и того подобного. До меня начало доходить, что я была права и бабушка могла снять проклятие, но не хотела. Энергетические плетения были специфическими, демону непонятными, но для опытной и сильной ведьмы не представляли особой сложности. На всякий случай решила перестраховаться и пока ничего не говорить Тайросу, а все тщательно перепроверить посоветоваться с Марфой и попытаться выяснить что — то насчет перстня. Для этого поехала к маме. На этот раз с ночевкой не планировала. Еще хорошо помнила чем все это закончилось в прошлый раз.

— Мам, я не хотела говорить по телефону. Это насчет кольца.

Женщина села за стол и налила ароматный чай.

— Анют, я рассказала все, что знаю.

— Нет догадок, как появился в нашей семье этот перстень? И почему он был у деда, и бабушка о нем ничего не знала?

— Папа мне сказал, что ему перстень передал отец Антонины.

— Прадед. Он был человек или ведьмак?

— Ведьмак. А почему ты интересуешься?

— А прабабушка? Что с ней стало?

— Она отреклась от силы и ушла вслед за мужем.

— То есть… прадед погиб?

Мама ошарашенно кивнула. По-моему, до нас обеих одновременно начало доходить.

— На перстне проклятие, — в один голос озвучили мы свою догадку.

— Только кто его наложил? Демон или ведьма? И почему? — озадачилась мама.

— И не навредит ли оно Тайросу? — озвучила свои опасения.

— Дочка, мне кажется, пришло время с ним поговорить. Возможно, он что — то слышал об этом. Не зря же к бабушке твоей пришел. Он знал, что у нее есть кулон. Откуда?

Я кивнула.

— Ты права. Мам, я хочу снять проклятие. Я думаю, у меня получится.

— Ты уверена?

— Да. Вся эта ситуация неправильная.

— Ты хочешь пойти с ним в его мир? — догадалась мама.

— Хочу. И если удастся хоть чем-то помочь — помогу. Я должна попытаться как-то загладить вину Антонины перед ним и его родом.

— Я понимаю, что это справедливо, но ты моя дочь и мне очень страшно за тебя, Ань.

Домой я приехала к ужину. Зашла на кухню и чуть не умерла от умиления. Т ай сидел в обнимку с кошаками и с очень серьезным видом рассказывал им какая у них нерадивая мать, а вот папочка — настоящее золото: нянчиться с ними, попу подтирает.