А теперь я видела его другим и мне это чертовски нравилась и возбуждало.

Платье с тихим шелестом упало к моим ногам, и я повернулась к мужу, скользя взглядом по его лицу и останавливая взгляд на губах. Неровно облизнула свои в предвкушении. А Тай не торопился. Просто стоял и смотрел на меня, ударяя по нервам шумным дыханием. Он потянулся к заколке, давая моим волосам каскадом рассыпаться по спине и плечам. От замысловатой прически мне удалось избавиться самостоятельно.

— Ты такая красивая, — Тай провел кончиками пальцев по моей скуле.

Я прикрыла глаза, ощущая, как под кожей бегут электрические разряды. Его губы накрыли мои, опаляя жаром и лишая рассудка.

"Интересно, мне его ласки когда-нибудь приедятся или я всегда буду так остро на него реагировать?"

Прижалась к Таю всем телом, блуждая руками по его спине и страстно отвечая на поцелуй. А дальше повела себя, как одержимая нимфоманка. Повалила Тайроса на кровать, сама сорвала с тебя трусики, а потом принялась лихорадочно раздевать мужа. И все это, не прерывая безумного поцелуя. Губы уже горели, но я не могла оторваться от него. Наши языки сплетались в безумном танце. Дыхания уже не хватало, и мы оба шумно и рвано глотали воздух, издавая то ли всхлипы, то ли стоны.

На меня накатило осознание того, что мы могли потерять друг друга. Оно острой занозой кололо в груди, затапливая душу болезненным счастьем. Счастьем, что я сейчас нахожусь в объятиях Тайроса.

— Люблю тебя, — произнесла тихо и всхлипнула.

Это эмоции, которые сейчас разрывали меня изнутри, вырвались наружу. По щекам покатились горячие слезы.

— Маленькая, ты чего? — хриплый мягкий шепот мужа окончательно снес мне крышу, и я начала осыпать его тело быстрыми поцелуями.

Тай сел и заставил меня посмотреть ему в глаза, обхватывая мое лицо ладонями.

— Что случилось?

Я помотала головой и всхлипнула.

— Люблю тебя, — повторила с надрывом словно мантру, проводя рукой по его волосам.

— Глупенькая, чего плачешь то?

Он нежно провел губами по моей щеке, стирая очередную слезу.

— Просто… — не смогла найти слов, чтобы описать то, что сейчас чувствую, да и разговоры были лишними.

Я снова потянулась к его губам, и парень издал полустон полурык, опрокидывая меня на

спину. Муж любил меня почти до рассвета, заставляя биться в экстазе снова и снова. Он дарил мне такую нежность, что кружилась голова, а в груди зарождалось настоящее теплое, яркое маленькое солнце, пронизывая меня лучами.

Я засыпала в его объятиях абсолютно счастливая от осознания, что я его, а он мой и это навсегда. И проснулись мы вместе. Пробуждение было мягким, тягучим, словно карамель и пряным, как кофе с корицей, приправленное ярким привкусом радости и счастья. Я нежилась в сильных горячих объятиях мужа, потягиваясь томно и лениво, словно кошка. Терлась носом о его грудь, вдыхая аромат, наслаждаясь мягкостью и жаром его кожи под пальцами.

— Слышу, что на кухне вовсю идет завтрак, — улыбнулся Тай, целуя меня в макушку.

— Хочется чего-нибудь эдакого, — промурлыкала, мягко целуя мужа в губы. — Как твой поцелуй.

— Не знаю, как ты воспринимаешь мой поцелуй и какие ассоциации он в тебе вызывает, но могу показать, какие вкусовые ощущения даришь мне ты.

Я приподнялась и с интересом посмотрела на Тайроса.

— Это как?

Парень быстро оделся и подмигнув мне, исчез, оставив одну в комнате, озадаченно хлопающую глазами. Появился он, спустя минут двадцать, держа в руках целый поднос с какими-то причудливыми десертами и чашечку ароматного кофе. В тарелках оказались оладьи со взбитыми сливками и клубникой, шоколадно-вишневый чизкейк и свежевыжатый апельсиновый сок.

— Ты где все это раздобыл? — отпила пряный напиток, жмурясь от удовольствия.

— В небольшой кафешке одного Европейского города.

— Оладьи божественны! Спасибо.

Мы неторопливо позавтракали, наслаждаясь уединением. Просто волшебное утро. Никогда бы не подумала, что так бывает… Но надо было решать насущные проблемы, поэтому, собрав себя в кучу мы направились на новые бытовые подвиги. Тай занимался покупкой дома, а я взяла Настю, и мы поехали присматривать помещение под салон. Заодно и из вещей девушкам и Раю кое-что прикупить.

— Ну, как у вас дела? — поинтересовалась у притихшей девушки.

Она пожала плечами и тяжело вздохнула.

— Он замкнулся в себе. Все сложно. Райтис почти не разговаривает, и мне страшно, что он уйдет на Эрион и не вернется.

— Я думаю, вернется, — постаралась утешить девушку. — Его там ждут мысли гораздо хуже, потому что все будет напоминать о прошлой жизни. Да и я пойду с ними и буду держать руку на пульсе, если что.

Настя благодарно улыбнулась.

— Мне кажется, ему надо почувствовать себя нужным, найти для себя смысл жизни.