Парень понятия не имел, о чем говорил Аласдэр, но ему в тот момент было наплевать. Губы, скользившие по горлу, были прохладными, а язык, касавшийся места, где бился пульс, — обжигающе горячим. Аласдэр прошёлся языком по вене до самого уха, а когда Лео только рвано втянул в себя воздух, прошептал:

— Леонид Чейпел, ты не тот, кем себя считаешь.

Глаза Лео закрылись, а член болезненно запульсировал. Лео был почти готов умолять Аласдэра прикоснуться, потребовать, чтобы тот закончил начатое. В этот момент острый кончик клыка задел мочку его уха.

«Чёрт… какой же это ка-айф». От опасности, скрытой в таком крошечном движении, Лео чуть не кончил. Но потом вспомнил слова Аласдэра и смело спросил:

— Тогда кто я?

Губы Аласдэра застыли прямо возле уха Лео, и, согревая кожу тёплым дыханием, прошептали:

— Думаю, ты тот самый…

Лео прижал ладонь к груди Аласдэра, немного отстранился и посмотрел ему в лицо:

— Тот самый?

Взгляд Аласдэра полыхнул раскалённым нефритом. Вампир приподнял Лео на цыпочки:

— Да. Тот самый, кого прислали убить меня.

Мучительно рыкнув, Аласдэр вцепился в руки Лео. Все его инстинкты кричали, нет, приказывали покончить с безумием прямо сейчас и одним быстрым, яростным ударом сломать человеку шею.

Но, несмотря на мощный внутренний порыв, Аласдэр ощущал и другую эмоцию, неуловимую, стремившуюся пробиться на поверхность. Ту, которую не чувствовал уже много лет. Вернее, два тысячелетия. Он уже и не думал, что испытает эту эмоцию снова. Участие.

Аласдэр волновался за Лео. Мысль о том, что человек больше не будет ходить по Земле… лишала покоя.

Вампир посмотрел на приоткрытые губы, вкус которых только недавно распробовал, и в этот момент Лео произнёс:

— Посмотри на меня. Каким образом я могу убить тебя?

Хороший вопрос, на который по-прежнему не было ответа. Но Аласдэр почему-то знал, что раз солнце могло его убить, то Леонид — тем более.

Их взгляды встретились, и опять бледно-серые радужки Лео начали превращаться в затягивавший водоворот.

Всё повторялось.

На этот раз достаточно было прикосновения.

Прежде чем Аласдэр успел что-то сказать, Лео закрыл глаза и безвольно обмяк в его руках.

Древняя Греция. 47 г. до н. э.

Лео прикрылся рукой от яркого солнца и прищурил глаза. Он лежал на спине. Приложив усилие, он постарался сесть, а когда наконец-то поднялся, почувствовал, как тёплый ветер взъерошил волосы. Лео моргнул и покрутил головой по сторонам. В какой-то момент до него дошло, что именно было перед глазами, и Лео моментально вскочил на ноги. Внутри нарастала паника.

Глухое скрипучее карканье парившего над головой ворона заставило Лео взглянуть в чистое голубое небо. Шаря вокруг взглядом, парень обернулся вокруг своей оси, потом ещё раз. В голове всё перемешалось.

«Нет-нет… Не может быть…»

«Проснись. Проснись, проснись», — приказал себе Лео. Он всегда просыпался практически сразу, не важно, что снилось.

Но не в этот раз.

От увиденного вспотели ладони. Лео находился в какой-то гористой местности, огромной, в которой можно было бы запросто затеряться.

«Не слишком ли я молод, чтобы умереть от сердечного приступа?» — подумал Лео. Новое видение из прошлого? Или сон? Когда проснётся, надо будет поговорить с кем-нибудь по поводу лечения. Ясно же, что он сходил с ума.

Но в этот момент Лео увидел ЕГО. В толпе мужчин, собравшихся на площадке, к которой вели массивные каменные ступени.

Аласдэр…

ГЛАВА 22

Лео оглядел мельтешивших вокруг людей. Похоже, его никто не заметил, так что он ловко скользнул сквозь толпу, болтавшую на греческом языке. Никто не отреагировал на одежду Лео, значит, его точно не видели. Но он всё же решил проверить, обратят на него внимание.

Лео подошёл к девушке в бежевом хитоне с коричневым строфионом (прим. пер.: пояс из мягкой кожи, повязанный под грудью) и помахал перед её лицом рукой. Та продолжила говорить, будто Лео не существовало, и парень только покачал головой.