– Вы так прытко убегали, что пришлось бросить в вас камнем, - объяснил он. – Итак, я хочу услышать, где прячется палач.

«Не получилось убежать - попробуйте разговорить». Да, убежать точно не получится… Я оперлась на локоть и увидела, как Капрет достал из кармана чулок – женский, шелковый… Блеснула серебряная стрелка, а потом я заметила вышивку в виде павлина…

– Я закричу, и меня спасут, - сказала я, надеясь напугать.

Но не получилось, Капрет даже бровью не повел:

– Кто вас услышит здесь, дорогая Виоль? А если и услышит, то убежит, решив, что это мертвец заманивает жертву, чтобы выпить кровь.

– Дебора видела, как вы вошли, вас всё равно вычислят! И накажут!

Он только улыбнулся на это.

– Что вы сделали с Деборой?! – крикнула я, но сразу получила крепкую затрещину.

– И всё же я не советовал бы вам повышать голос, - сказал он, наматывая чулок на кулаки и растягивая его, проверяя крепость.

– Значит, это были вы, Гуго? – спросила я, как можно спокойнее.
– Эти ваши поездки по делам… Они всегда совпадали с убийствами… Вы хотите поступить со мной так же, как с Лил? Как с теми бедными женщинами? Но почему?.. За что?.. Что я вам сделала?

– Ничего, - ответил он меланхолично. – Я не хотел причинять вам боли. Если бы вы сразу сказали мне, где ваш муж – я бы вас и пальцем не тронул. Но теперь, к сожалению, придётся. И это целиком ваша вина. Но я понимаю – жена всегда стоит за мужа до последнего. Вы – святая, Виоль. А святым не место в нашем грешном мире. Святым лучше не знать земных страданий. Как это символично – одна сестра в аду, другая на небесах.

– Вы убили Лилиану, - сказала я. – Это вы попадете в ад. А она стала мученицей, и небеса простят её за слабости.

– Простят прелюбодейку? – усмехнулся он. – Ну уж нет, таким нет прощения. И жить им тоже незачем. Лицемерки, которые не могут даже удовлетворить мужчину…

Я заскребла каблуками, пытаясь отодвинуться, но он поймал меня за щиколотку и без труда подтянул к себе.

– Не бойтесь, - утешил он меня, - это быстро и не больно.

– Проверьте на себе, а потом говорите!

Он придвинулся, но вдруг остановился, глядя на меня задумчиво и печально.

– Вы очень красивы, – сказал вдруг он. – Красивее Лилианы. Её красота была холодной, чем дольше смотришь – тем омерзительнее становится. А вы… вы как солнце. Согреваете всех. Я понимаю, почему палач разлюбил Лил и полюбил вас. Я ведь слышал всё, о чем они говорили тогда. Это вы убежали раньше, а я остался до конца представления.

– И о чём же они говорили?.. – торопливо задала я вопрос, хотя сейчас меня меньше всего интересовало, о чём говорил Рейнар в беседке.

– О, там была такая драма, - Капрет усмехнулся, - палач просил, чтобы Лилиана не рассказывала вам ничего. Он боялся вас потерять, этот мерзавец. А она сначала смеялась, а потом заплакала. Она поняла, что проиграла. Гадкая женщина. Они оба стоят друг друга. Им надо было быть вместе, а я должен был жениться на вас.

– Это было вашим решением… - напомнила я. – Вы выбрали мою сестру по любви.

– Ошибся, - признал он. – Самая огромная ошибка в моей жизни. Но теперь вы – передо мной, вы в моих руках. И будет справедливым, если я испытаю то наслаждение, когда обладаешь чистой женщиной.

– Что?! – воскликнула я, и смерть от чулка показалась мне не такой уж страшной.

– Вам всё равно умирать, Виоль, - произнёс он проникновенно.
– Вы должны сделать ещё одно доброе дело – осчастливить меня, несчастного грешного страдальца.

– Я лучше умру, но не предам Рейнара! – бросила я ему в лицо.

– Вы защищаете его даже перед смертью, - восхитился Капрет. – Почему я не встретил вас раньше вашей сестры?

– Я защищаю его, потому что люблю! – уже кричала я, в безумной надежде, что хоть кто-нибудь меня услышит. – А вас я бы сама убила, даже будь вы моим мужем!

Он зажал мне рот и попытался задрать подол моего платья, но я так сопротивлялась, что Капрет никак не мог со мной справиться. Пару раз я укусила его – ладонь благородного господина была не такой деревянной, как ладонь виллана. Он ударил меня в висок, а потом прижал к могильной плите, придавив локтем в солнечное сплетение.

– Вы в любом случае умрете, - прохрипел он мне в ухо, – Я даже чулок для вас припас особенный.

– Помогите!.. – завопила я изо всех сил, и тут Гуго Капрет упал на меня мешком, гулко ударившись головой о камень.

Уже в следующую секунду его тело скатилось в сторону от крепкого пинка, а я почувствовала, как меня обнимают сильные и горячие руки, согревая, защищая…

– Рейнар! – узнала я и заплакала навзрыд.

Муж вынес меня из склепа, и снаружи я увидела отряд из десяти гвардейцев во главе с королевским дознавателем.