Стою, приободрённая, и смотрю ей вслед.

Я хочу быть полезной. Хочу помогать девчонкам. Хочу, чтобы они засияли всеми красками, когда придёт время представиться миру!

Иду к лифту, улыбаясь. Затем останавливаюсь и некоторое время тупо смотрю в стену: у меня неожиданно возникает вопрос - почему мама Тимура так добра ко мне? В отличие от сына, она действительно мне помогает.

И это странно.

Будь я на её месте, уверена, неизвестно откуда появившаяся девчонка дико бы меня раздражала. Ведь, по сути, Тимур привел меня и поставил мать перед фактом - бери! А моя заявка, уверена, уже давно погребена где-то в папке с мусором, как «не отвечающая запросам».

Разворачиваюсь и иду вперёд, понятия не имея, куда выведет меня коридор. Мне нужно время обдумать эту ситуацию.

Я же не слепая и не глухая? Екатерина Сергеевна собиралась уйти на свою встречу, и общаться со мной в её планы не входило. Но Тимур успел застать её на месте, и она вынуждена была дать мне шанс.

Зачем они это делают? Они оба?.. Нет, я не буду отказываться от такой возможности: вряд ли эта женщина бросает слова на ветер. Но всё же, мне интересно... Что не так с этой семьей? И кто из этих двоих, в итоге, дал мне шанс? Тимур? Или его мать?..

Застываю, наткнувшись взглядом на Лесю. Она стоит у стены и смотрит на улицу, обняв себя за плечи.

– Леся?
– подаю голос, почему-то не решаясь подойти поближе.

Подруга поворачивает голову, но так и не поднимает на меня взгляда. А затем вновь отворачивается.

– Леся, поговори со мной, - прошу её, делая шаг навстречу.

– Я не знаю, что тебе сказать, - звучит глухой голос.

– Ты обиделась на меня.

– Обиделась? Наверное, - словно задумавшись над этим, протягивает Леся, - но точнее будет сказать: сегодня я задумалась над тем, подруги ли мы вообще?

– Ты что такое говоришь?
– изумленно спрашиваю у неё.

– То, что чувствую, - и Леся, наконец, разворачивается ко мне.

– То, что я сказала по поводу хореографии, не должно было тебя задеть. Ты же понимаешь, почему я так сказала! Ты знаешь, что я имела ввиду! Мы не раз обсуждали это, когда просматривали ролики тех же к-рор фанатов с ютюба!

– Ты буквально сказала, что такая хореография никому не нужна!
– бросает мне подруга.

– Я сказала, что у молодежи сейчас другие предпочтения, - поправляю её.

– Я - молодежь!
– постучав ладонью себе по груди, вдалбливает в меня Леся, - И это мои предпочтения!

– Да, но ты не одна в группе! Аглая к середине песни задыхается! Такую хорягу из всех троих можешь потянуть только ты!
– пытаюсь донести до неё.

И тут до меня доходит, почему девчонки так быстро поддержали меня.

– Какая тебе разница на тех, других?! Ты - моя подруга!!!
– едва не со слезами на глазах заявляет Леся.

– Я твоя подруга, и это не изменится, - делаю ещё один шаг к ней и кладу руки ей на плечи, - но сегодня я должна была высказать своё мнение не как твоя подруга, а как наблюдатель со стороны.

– И ты решила встать на сторону Ксаны и Аглаи!
– скидывает мои ладони Леся и отворачивается к окну.

– Я не вставала ни на чью сторону, - качаю головой.

– Ты делала замечания только в мой адрес! Ты дважды задела меня! А им ты ничего не говорила! Только Аглае, что той не хватает дыхания - и то, по МОЕЙ вине! Выходит, во всём только я виновата! Но самое ужасное - потом ты, наверно, решила, что слишком сильно меня загнобила! И заявила на весь танцзал, что мне нужно дать хоть строчку в песне! И я вынуждена была выслушивать о том, как неуверенно я пою!

– Я видела, как они обделили тебя сольной частью...
– произношу, сцепив руки, - но, если совсем по-честному, ты сделала с ними то же самое.

– Что?
– с удивлением спрашивает Леся, вновь поворачиваясь ко мне.

– Они не дали тебе петь, а ты загнала их своей хореографией, - поясняю мягко, стараясь не обидеть, а раскрыть глаза, - девчонки гордые, они не стали жаловаться, что движения слишком сложные, поэтому у вас получилось то, что получилось. Но ты же знаешь, я всегда честна с тобой. Так вот, ты их уделала сегодня точно также, как и они тебя.

– Правда?
– неуверенно протягивает Леся.

– Правда. Вы, правда, друг друга стоите, - усмехнувшись, подтверждаю.

– Они действительно не жаловались; выполняли всё, что я предлагала.
– нахмурив лоб, произносит подруга, а затем поднимает на меня совершенно другой взгляд, - но, даже если я облегчу движения, это не значит, что они дадут мне сольную часть. Ты слышала сегодня Аглаю. Она костьми ляжет, чтобы соляки остались только за ней и за Ксаной!

– Я тебе скажу по секрету, - понижаю голос, подходя ближе и чувствуя себя агентом секретной службы, - у меня только что был разговор с Екатериной Сергеевной. И она намекнула, что было бы любопытно услышать в песне... рэп.