Так что Полина еще не то сможет. Можно почти не сомневаться — второго муженька убрала она сама. Да и молодой наследничек ненадолго переживет папеньку. Но до этого Бертольду дела нет.

А если юная волчица Ирия Таррент умрет на плахе — он только порадуется. Лично сходит и полюбуется!

— Да и вообще… — еще нежнее улыбнулась Полина. Хрупкие пальцы играют изящным бокалом. Причудливые отблески свечей — мидантийским хрусталем. Как легко превратить белое вино в зловеще-кровавое. — Никто из разумных людей не будет шокирован. Ведь всем порядочным дворянам известно: женщину невозможно обесчестить — если она сама не дала повод. В таких случаях всегда виновны оба. И женщина — куда сильнее мужчины. Девица Эйда Таррент — бывшая девица! — уже наказана за грехопадение. Пожизненным заключением в монастырь с одним из самых строгих в Эвитане уставов. Нет смысла наказывать еще и Роджера, не так ли? Зачем портить раз оступившемуся юноше будущее? К тому же в свете вашу семью считают выгодной партией, разве нет?

Бертольд про себя облегченно вздохнул. Всё-таки Полина — на редкость разумна. Она действительно намерена не только помочь помиловать Роджера? Еще и вернуть его в высший свет?

Нет, такую союзницу убивать нельзя. Эта стерва пусть пока живет! Еще сгодится. Смерти Ирии Таррент — вполне достаточно.

— Действительно, чье преступление для Совета страшнее? — дважды вдовица залпом допила вино. Ревинтер торопливо подлил ей еще. — Любовное приключение юноши из верной короне семьи? Или убийство собственного отца дочерью бывшего мятежника? Разве здесь возможен выбор?

Бертольд с трудом боролся с волной нахлынувшего облегчения. И с желанием самому тоже хлебнуть залпом. И не один бокал.

Рано! Еще не всё позади…

— Как же вы ее ненавидите, графиня.

— Скажу вам честно, граф. — Глаза Полины — холодны и абсолютно трезвы. — Я ее не ненавижу. Она мне мешает. Это — сильнее ненависти.

— Я помню Ирию Таррент! — Ревинтер всё-таки отпил — сразу полбокала. — Женщина имеет право делать, что угодно. Но не иметь столь бесцветную внешность!

Похоже, он таки начал пьянеть.

— Кстати, граф! — рассмеялась вдруг графиня. Обнажая безупречно ровные белые зубки. Значит, и на нее уже действует вино. — Может, вы сразу попросите помиловать всех скрывшихся в Квирине преступников? Их ведь скоро выдадут в полном составе.

— Ну что вы! — облегченно рассмеялся и Бертольд. — Еще не хватало. Все кровавые злодеи отправятся на плаху — во главе с Анри Тенмаром!

А красавице Кармэн пойдут траур и слёзы. Если она вообще умеет их проливать. И найдет время. В перерывах между балами при дворе дядюшки Георга Третьего.

Мужа герцогиня забыла месяца через два. Как раз в постели с Тенмаром.

Значит — вряд ли еще помнит и его. Спустя полтора-то года.

— И вот он точно получит многоступенчатую.

— Можете на меня рассчитывать и в этом, — ласково улыбнулась красавица Полина.

Главы седьмая и восьмая.

Глава седьмая.

Эвитан, Лиар, аббатство святой Амалии.

Конец Месяца Сердца Осени.

1

… — Вашу руку, сударыня.

— Я справлюсь сама! Лучше помогите моей сестре. Надеюсь, вы уже запомнили, кого из нас как зовут? Больше не перепутаете?

— Ири, ты ведешь себя неприлично! — непрошенным влез Леон.

— И не забудьте помочь моему брату. Он тоже не всегда удачно садится в седло.

— Ири, ты…

Вертеть головой незачем. И так ясно — Леон покраснел не хуже варёного рака.

Не слушая брата, девушка взлетела в стремена птицей. А какой — уже неважно. Может — орлом, а может — курицей. На себя ведь со стороны не взглянешь…

И интересует Ирию совсем не это. И задевать их спасителя она начала, потому что… Потому что…

Подполковник подхватил в седло Иден. Один из его людей — Эйду. А Ирия прекрасно справится сама! Она же сказала…

Девушка легко вырвалась в авангард кавалькады.

— Ирия…

Она обернулась. Наполовину. Потому как из правого глаза слеза уже выкатилась, а из левого — не успела.

Это просто ледяной ветер — в лицо. Резкие порывы часто выбивают слезу. Но всё равно никто не должен видеть!

Незаметно стереть рукавом. Будто поправляешь выбившиеся из-под шляпы волосы. Вот так!

Подполковник догнал ее. Зачем-то.

Иден скорчилась в седле тихой мышкой. Как всегда и везде…

В глазах Тенмара… вина. И боль. Наверное, этот Ильдани действительно был его другом. Как и остальные убитые под Лютеной. Те, кого Ирия никогда не знала. И из-за кого теперь может погибнуть папа! Если еще не…