Именно по этой причине, когда я на следующей перемене в коридоре издалека увидела Доминика, постаралась обойти его и все оставшееся время, проведенное сегодня в Сорбонне, старалась делать так, чтобы Бенуа с Моно не столкнулись.

Бенуа все еще злился на Доминика, но я постаралась отвлечь его. Перевела разговор на тему моего переезда к нему. Для этого нужно было забрать все мои вещи из Шампиньи.

***

Как бы я не старалась избегать Доминика, но все же часто видела его и порой мне так и не удавалось обойти Моно стороной.

После учебы, когда мы с Бенуа шли по парковке, мы вновь проходили мимо Доминика. Бенуа опять приобнимал меня за талию, но и Моно стоял со своей девушкой. Я случайно услышала кусочек их разговора:

– Ты сейчас едешь на работу? – спросила Луиза. Я не видела, но, судя по всему, Доминик кивнул. – Может, потом проведем время вместе? Давай поедем к тебе? Ты ведь живешь все там же?

– Я освобожусь в девять и заеду за тобой, - услышала я слова Доминика.

Из этого разговора я поняла, что Луиза знала, где жил Доминик, хотя они только сегодня начали встречаться. Почему-то сердце кольнуло, но я не стала обращать на это внимания. Больше не смотрела на него и полностью абстрагировалась от разговора Моно и Денев.

Пройдет еще немного времени и все, что было между мной и Домиником забудется. Мы продолжим жить так, словно всего этого не было.

Остаток дня пролетел незаметно. Мы с Бенуа заехали в Мон Луи и я наконец-то смогла поговорить с мамой. Конечно, если это вообще можно было назвать разговором.

Пока Бенуа ждал в коридоре, я рассказала маме о том, что произошло со мной. Про двух верзил, которые искали отчима и обещали переломать мне ноги, лишь бы узнать, где этот мужчина находился.

– Мам, ты же понимаешь, что он не хороший человек? Он избил тебя и влез в непонятные дела, из-за которых можешь пострадать ты.

– Нану, прекрати, - мама резко качнула головой. Синяки, расплывшиеся по ее лицу изменили ее до неузнаваемости и мне больно было смотреть на нее такую. – И не лезь в мои дела. Ты хочешь убедить меня в том, что он плохой, лишь бы опять вернуться в мой дом. Но я тебя там не жду. Ты перестала быть моей дочерью в тот момент, когда попыталась забрать моего мужчину. Это подлый поступок. До сих пор не могу поверить в то, что воспитала такую дочь. И ведь ты даже не извинилась.

По мере произнесенных слов мамы, мои глаза раскрывались все шире и шире, а сердце все сильнее сжималось.

– Неужели, ты все еще считаешь, что это я лезла к нему?

– Нану, давай закончим на этом. Ты не признаешь свою вину и продолжаешь вести себя подло. Я не думаю, что нам стоит продолжать этот разговор, - мама сказала твердо. Кажется, злилась. – И я знаю о том, что у Бриса долги. Я уже распорядилась, чтобы наш коттедж в Ле-Мане продали и на полученные деньги мы с Брисом приведем его дела в порядок. Думаю, я так же продам особняк и куплю недвижимость в Марселе, куда мы переедем.

– Мам, ты серьезно? – спросила на выдохе, просто не веря в то, что слышала. – Особняк купил папа, а ты хочешь…

– Намекаешь на то, что я должна отдать тебе часть денег с продажи?
– мама поджала губы, но кивнула. – Хорошо. Двадцать процентов…

– Да не нужны они мне. Я имею ввиду, что папа этот особняк купил для нашей семьи. С ним связано столько воспоминаний.

Некоторое время мама молчала, а потом опустила взгляд и качнула головой.

– Не нужны мне эти воспоминания. Брис был прав. Мне давно следовало продать особняк и избавиться от всего, что напоминало о твоем отце. Только так я смогу начать жить заново. Мы с Брисом переедем и, возможно, у нас будут дети. Я их хочу и он тоже.

– То есть, он давно уговаривал тебя продать особняк? – я сжала ладони в кулаки. Сейчас у меня возникла мысль, которая стравила душу. Может, отчим не просто так приставал ко мне. Возможно, специально все подстроил, чтобы убрать меня подальше. Так легче влиять на маму. – Если ты хочешь продать особняк, это твое право. Я не вижу ничего плохого в том, что ты желаешь переехать, раз тебе настолько болезненны воспоминания о папе, но я не считаю, что Брис Виардо тот человек, с которым ты будешь счастлива. Хотя бы потому, что он лжет тебе. Я к нему не приставала. А то, что он тебя избил? Это ничего не значит?

Я в последнее время много думала про отчима. Он сразу показался приличным человеком. Имел два ресторана, один из которых находился в Бют-Монмартр. Второй - в Вожираре. Мама с ним как раз познакомилась в одном из этих ресторанов. Мы вдвоем стали там иногда ужинать, а мама, все еще горюя после смерти отца, пила много вина и вот однажды за наш столик поднесли бутылку хорошего Мальбека. Официант сказал, что это подарок для прекрасной женщины от владельца ресторана. Уже от этого жеста мама расцвела, а позже сам Брис подходил за наш столик. Не буду лгать и прямо признаюсь, что мне было больно видеть маму с другим мужчиной, а не с папой. Тем более, после его смерти прошло лишь полгода, но я этого никаким образом не выказала и даже стала под любыми предлогами уходить, чтобы оставить их наедине. Желала маме счастья с, как мне казалось, прекрасным мужчиной.