— Соглашусь с тобой отрок! Фантазии у них никакой! — проскрипел рядом старческий, немного картавый голос. Выйдя из раздумий, повернул голову и увидел бородатого старика в мантии серой мешковины, из которой мешки для картошки делали на Земле. Упс! Судя по одежде старик — маг! — Скажи отрок, а кто такие «Садомиты»? Чи ругательство, какое новое?

— Можно и так сказать… — осторожно проговорил, глядя на «Гэндальфа». Гэндальф он был только внешне, а звали моего собеседника Кузьма Прутковский. Ур 69(126) <мастер-писарь мёртвых языков> и судя по амбре, дед был синий, аки изолента.

— А чем тебе маги не угодили отрок? — «синий» маг подтянул мантию и сел рядом со мной на ступени, достал фляжку из-под полы своего мешка и быстро опрокинул, сделав пару глотков.

— Мелочи нет! Сразу говорю! А маги мне не угодили тем, что …да сами почитайте! — я протянул старику буклет и не дожидаясь, пока старик начнёт читать продолжил. — Заклинания — полная посредственность! Никакой гибкости! Огнешар! Ледяной луч! Разряд молний! Булыжник! Скука смертная, да и только! Про тёмные умения я вообще молчу! К воинам пойду!

— Ну, а что тебе не нравится? Огнешар хорошее заклинание… — пожал плечами Кузьма.

— Понимаете.…Как тебя старый, по батюшке? — поговорю со стариком, с меня не убудет. Только нужно стараться меньше дышать носом. Дед. сам того не зная, хлещет ракетное топливо как не в себя.

— Кузьмич меня звать! А тебя. как отрок кличут? — «Гэндальф» посмотрел на меня осоловелыми глазами.

— Гриша из Ривии я! Вроде писарь, а читать не умеешь?! Соломон конечно! Или просто Сол! — я усмехнулся, глядя на немного подвисшего старика, который как-будто ушел на «перезагрузку».

— Разговариваешь, аки басурманин из степей! Вроде, не орк, чтобы клыки во рту жали… — покосился на меня Кузьма. — Так, что там с магами? Обидели?

— Разочаровали, Кузьмич! Все эти заклинания узконаправленные! Шар летит в цель и поджигает, молния бьёт в цель, парализуя. Огнешар, ведь нельзя сформировать к примеру над головой противника, чтобы он ударил в него сверху? Нет! Он сорвётся с моих рук. По-другому — никак!

— Верно, говоришь Соломон! Огнешар сорвётся с твоих рук и полетит в цель. Не все я мозги пропил. Понимаю! Ну?! — дед закивал головой, а в его глазах мелькнул интерес, смешенный с хмелем от той сивухи, что он пил недавно.

— Кочергу согну! А молния?! Она ведь ударит из моих рук? Верно?

— Конечно! А как иначе?! — Кузьма пожал плечами, говоря этим «А что ты хотел?»

— Она не может ударить из земли, прямо у ног цели по восходящей траектории?

— Хоть ты и разговариваешь как орк, но я тебя понимаю! — старик начал кивать уже всем телом, как будто танцуя на сельской дискотеке перед местной известной барышней, которая всем даёт и знает архитектуру всех сеновалов округи.

— В общем воином буду! Пошло оно всё! — решил я уже всё для себя, кивая своим мыслям.

— Не спеши отрок! Есть предложение! — «Гэндальф» ещё раз приложился к фляжке, осушив её до дна, и поднял вверх многозначительно палец. Не средний …указательный…

— На пузырь тебе скидываться я не буду, сразу отказываюсь! — скрестил руки на груди и помахал головой, в знак отрицания, схемы отъёма денег у безденежного меня. Я в этом мире пока на правах «иждивенца» Штрайхов. Да у меня даже своей тушки нет!

— Знаю, что тебе предложить Соломон. Послушай старика! — Прокашлявшись, дед поднялся и отряхнул заднюю часть мешка из-под картошки. — А лучше не слушай, а пошли на задний двор академии, где тренировочная площадка!

— В трясущиеся лапы своих друзей-алконавтов сдать меня хочешь? — прищурился, как один политический деятель глядя исподлобья на старика. — Я на такие схемы ещё на Земле насмотрелся! Наёжишь ты бабку в кедах, а не меня!

— Твоя мать с орком видимо блудила! Пошли, говорю! Если я тебя правильно понял, то могу тебе кое-что предложить!

— В два смычка, местную синюху мы отыгрывать не будем! Отказываюсь! — замотал я головой!

— Ты идёшь орочий сын? — Кузьма Кузьмич уже стоял перед дверью в академию, поигрывая кистью, зажатой между пальцев. — Сам же хотел, чего-нибудь необычного?

— Ну, пошли, напишем рядом с платформой перемещения: «Декан-лох», а «секретарша — всем даёт» — я встал и пошел за стариком. Всё равно Светки пока нет, а к магам идти мне расхотелось напрочь! В конце концов, можно всегда прети в область башни гильдий и вступить в любую из них.

В руках у Кузьмича появилась чернильница, в которую он мокнул кисть и написал на своей ладони вязь символов. Я приоткрыл от удивления рот, наблюдая как кисть «пляшет» в руках забулдыги, вырисовывая непонятные, но красивые письмена! Легкое свечение окутало руку деда, после чего он направил её на меня, открывая ладонь.