Я шарахнулась в сторону от неожиданности. Точнее от того, какую реакцию вызвала его близость. Мне что, понравились ощущения? Это же Сергей Третьяков — самый несносный из всех парней, с какими я только общалась.

— Вот ваши книги, — девушка шлепнула последний том сверху увесистой пачки.

— Отлично, большое спасибо.

Я подхватила первые три книги из стопки и повернулась к выходу, даже не стала проверять, идет ли за мной Третьяков.

Вскоре он поравнялся со мной и нес книги, словно это была пушинка. Хотя не мог похвастаться мускулатурой, как скажем у Зимина.

Кабинет истории был открыт, мы вошли по сгрузили книги на учительский стол. Все это время мы не разговаривали, я только время от времени косилась на парня. Он же вел себя так, будто меня тут нет вовсе.

У двери я резко вытянула руку вперед и загородила проход, чтобы он затормозил, так что он врезался в нее животом. Я тут же одернула руку.

— Стой.

— Что?

Он остановился и соизволил на меня посмотреть.

Я тут же пожалела о своем порыве.

— Ничего, можешь идти.

Но он почему-то медлил.

— Что хотела сказать, Антонова?

— Уже ничего. Передумала.

— Ладно, тогда пока.

— Стой. Давай увидимся вечером, ну, сходим куда-нибудь, — быстро произнесла я, или просто прогуляемся, в парке.

— Ты приглашаешь меня? — он усмехнулся.

— Ну…да. А что тут такого.

— Я подумаю.

И он, помахав мне ручкой, пошел по своим делам.

— Эй, я пошутила насчет приглашения, да пошел ты, — крикнула ему в спину, не знаю, услышал он или нет.

Нет, надо признать, по внешности он все же ничего, и когда шептал на ухо, было даже приятно, но поведение… К тому же одевается не так дорого, как Зимин. Это конечно не тот критерий, на который я смотрю, но сейчас так зла, что любой факт готова превратить в минус. Несомненно, я бы им никогда не заинтересовалась.

Стоило подумать о Зимине, как он вывернул из-за угла, а писал же вчера, что останется дома. Волосы тщательно уложены, одет как всегда в фирменные шмотки, и парфюмом несет за версту. Вот у кого всегда хорошее настроение, не то, что у некоторых.

— Ольга привет, — он чмокнул меня в щеку, так что пришлось затормозить, — куда идешь?

— На пару, куда же еще.

— Увидимся сегодня?

— Не получится, у меня…в общем дела.

Настроения встречаться нет ни с ним, ни с кем бы то ни было.

— Тогда завтра?

— Олег, я не знаю. Слушай, а ты не думал пойти работать параллельно учебе? — вопрос слетел с языка неожиданно для самой себя.

— Зачем?

— Ну, я не знаю, заработать денег.

— Смеешься? У папани их куры не клюют.

— Да, но то будут твои собственные.

— Горбатиться где-то ради копеек? Ты шутишь? Не, это не для меня, пока учусь предки не трогают, а там папаня возьмет к себе директором, формально. Буду подчиненных гонять, чтоб лучше работали. Так что все круто. А ты чего вдруг с такими вопросами?

— Подожди, а зачем тогда тебе все это, — я повела руками в воздухе, — учеба, диплом?

— Зайка, затем же, что и тебе. Друзья, вечеринки. Так может все-таки передумаешь насчет вечера?

— Извини, сегодня точно не получится, — свой отказ я смягчила обаятельной улыбкой, чтобы парень не обиделся.

— Ладно, увидимся, пойду к ребятам.

— Хорошо.

Пока шагала в аудиторию, мысли снова вернулись к грубияну. Вот с Зиминым все просто, почему с этим Третьяковым так не получается? И он ведь мне совсем не нравится. Говорят, если про что-то слишком много думать, это что-то, а в данном случае кто-то, начнет приобретать все большее значение для человека. Так и со мной. Из-за этого дурацкого пари все время думаю об этом парне, на которого в обычное время даже и не взглянула, и везде с ним теперь сталкиваюсь, будто нарочно.

— Что-то… случилось? — спросила Алена, когда я плюхнулась на стул, со злостью бросив рюкзак рядом, так что тот не удержался, и свалился под ноги.

Тут же подняла и заставила себя медленно и аккуратно устраивать его рядом с собой, чувствуя, как раздражение понемногу уходит. Рассказала про разговор с Третьяковым.

— Слушай, может он ведет себя так специально?

— Зачем?

— Ну, может ты ему наоборот, очень нравишься, а он боится влюбиться, не показывает вида?

— Если бы.