На следующий день я встал пораньше, только вот поехал не сразу на фирму, а выбрал место неподалеку от паркинга вне зоны действия камер наблюдения, не зря я обследовал всю прилегающую территорию. Надо знать окрестности, как свои пять пальцев, это может пригодиться в любой ситуации, а в том, что она когда-нибудь да будет я не сомневался.

Дождавшись, когда седан въедет на парковку и остановится, я достал телефон. Одноразовый предоплаченный, купленный там, где и камер-то отродясь не было. А вот накладочка на него была специальная, доставшаяся по наследству из ближайшего схрона Мадлен. Если не вести тщательный анализ разговора, то и не поймешь, что голос говорящего изменен.

Я позвонил в службу спасения, и взволнованно, с придыханием объяснил, что на паркинге по Априкот-авеню торгуют наркотиками, да-да, прямо из машины! После чего описал машину и назвал ее номер. Ничего необычного — американцы просто обожают стучать друг на друга по малейшему поводу и без, какой там сталинизм и кровавая гебня, эти нервно курят в сторонке. Не там припарковался, не убрал говно за собакой, не туда выкинул мусор — будь уверен, возмездие тебя настигнет в любом случае. Большие стукачи, наверное, только немцы с их орднунгом в крови.

Так что через десять минут я с удовольствием наблюдал, как из подъехавшей полицейской машины вышли копы, расстегивая кобуры. Ну правда обошлось без эксцессов, никто не открывал стрельбу, наблюдателя просто положили мордой на капот, заведя ласты за спину. Представление обещало быть шикарным — нет, наркоту в машине они не найдут, а вот другие странные предметы — верняком. У наблюдателя есть и камера со снимками, может быть и оружие, а уж липовые документы на имя Джона Смита наверняка заинтересуют полицию, здесь уж точно не отмажется. Если он конечно не правительственный агент. Но об этом я узнаю из полицейского отчета. В любом случае, я этого агента больше не увижу, если не дураки, либо снимут слежку, либо сменят наблюдателя. А вот то, что нами могут заинтересоваться копы… Тут все чисто, уж лучше пусть мусора нас проверяют, чем неизвестный противник. Теперь ждем ответного хода, и по его направленности смотрим, что им на самом деле надо. А там и выйдем на заказчика.

Я покатил на велике на работу, чувствуя себя удовлетворенным выполнением гражданского долга, а вечером со всеми предосторожностями влез в полицейскую базу. Ба! Так я подвиг совершил. Помог арестовать беглого преступника, на котором висело с десяток дел, и как вишенка на торте — вооруженное ограбление. Вот теперь загадок стало еще больше — какого хрена он тут ошивался и что хотел? Грабить нас — удовольствие сомнительное, денег здесь отродясь не бывало, ну может только то, что на карманах у персонала. Да и то, учитывая электронные платежи, этому хмырю достался бы только пластик, через которого на него бы вышли быстрее, чем он бы успел его потратить. Оборудование мы тоже в расчет не берем, никто из нормальных за информацией не полезет таким дурным способом. Значит, не грабеж. Ну а дальше? Возможно покушение или похищение кого-то их сотрудников. А вот это уже более вероятно. И более тревожно. Будем предохраняться и усиливать меры безопасности. Но сдается мне, что это все-таки связано с нашей нынешней деятельностью, предварительная засветка прошла еще тогда, когда пару недель назад мы начали патентовать то, что когда-то, в том числе и еще до меня, было создано по моему настойчивому требованию. В САСШ любой пук и звук перед выходом на рынок должен быть запатентован. А учитывая то, что мы в ударном темпе создавали… Да, это могло заинтересовать кого-то из конкурентов. Ну что же, ждем ответных ходов противника.

— Вот так, — заключил граф, задумчиво хлопнув себя по колену.

Они втроем сидели в гостиной у Кресислава — он, волхв и Радогорцев.

— Радзиловский провел хорошую работу, — Кресислав задумчиво потер переносицу. — Так, что прыгнул сразу в дамки.

— Но вы-то как это допустили? — Драбицын укоризненно посмотрел на Кресислава. Всеведущий волхв скривился, как от уксуса. Еще бы, подумал граф, в подковерных интригах и тебя он обошел, сумел задвинуть на задний план. То был первым советником, а теперь «один из».

— А вот так, — досадливо сказал Кресислав. — Пока он не устранил того человека, которого боялся, то есть вас, он себя не проявлял, ждал удобного момента. И если бы не вот этот случай с артефактом, то он бы ждал его еще дольше. Артефакт, из-за которого сыр-бор, это всего лишь один из предлогов. Но император клюнул, возжелал его столь сильно, что готов был даже вас отправить в отставку, лишь бы обрести желаемое. Что вполне объяснимо — дела-то в Империи идут не очень хорошо, впрочем, кому я это говорю, сами лучше и больше меня знаете.

Драбицын промолчал, не желая комментировать высказывание волхва. Да, времена неспокойные. Внутри Империи — раздрай, слишком много всего накопилось, и мятеж это показал. Коррумпированные чиновники на местах, воровство и распил казенных денег, робкие попытки сепаратизма опять же из-за продажных чиновников, недовольство населения… В общем все, что только может быть в огромной стране. Когда государь входил на трон, он много сделал для укрепления Империи, всколыхнул это болото, попутно переколотив в нем слишком разжиревших от безнаказанности жаб, перекроил государство по-новому. Но вот теперь похоже разогнавшаяся машина грозила, сбавив обороты до нуля, остановиться. Даже не машина, скорее велосипед — велосипедист едет, пока крутит педали. Стоит ему остановиться — он упадет набок, и довольно больно ушибется, если не расшибется насмерть. И если его не подхватят, не дадут ему упасть и подтолкнут — все. Вот только велосипедист не видит, что он сам прогоняет тех, кто мог бы его удержать, видя в них лишь помеху движению. Так получилось и с графом. Ну а если брать внешнюю обстановку — тут дела аховые. Есть два полюса силы — РИ и остальной мир. И между ними шла, идет и будет идти непримиримая борьба, пока один из противников не упадет и не будет уничтожен, оставив свои пожитки на разграбление победителю. До открытой войны дело, понятно, не дойдет — сколько там раз можно уничтожить шарик? Не один десяток раз. Пока есть ядерное оружие, стороны будут бояться его применить. Хотя на западе потомки хиппарей, пришедшие к власти, пьяное и наркотическое зачатие, могут в угаре ксенофобии и нажать на кнопочку «П-ец». Слишком много ублюдков там у руля власти, которые способны на все, что угодно, в том числе и считать, что война им поможет.

Ну а пока — все-таки мандражируют, потрясая то пробирками со стиральным порошком с трибуны Лиги Наций, то грязными трусами беглых оппозиционеров с пятнами якобы от боевого ОВ, и на этом дело заканчивается. Война идет тайная. Уже ловили в княжествах Польско-Литовском и Финском агентов бриттов и САСШ, подогревающих сепаратизм, потом даже и ловить перестали, стали незадачливые резиденты со своими агентами просто исчезать. И претензии предъявить нельзя, а то придется признаться, с какими целями и почему под чужой личиной оказались на земле РИ незваные гости. Хотя теперь, с «реорганизацией» СБ, многие вздохнут спокойно и удовлетворенно.