– Я… я изучала информацию, переданную с планеты доктором Треллвон-да, – наконец выдавила из себя лейтенант. – Там есть кое-что интересное.

– Пожалуйста, посвятите меня в основные подробности. У меня еще не было времени изучить ее.

– О… – произнесла Кандра Авитс. – Присядьте, мистер Спок. Располагайтесь поудобнее, прошу вас.

Старший помощник уселся на маленький стул, чуть отодвинув его от стола. Кандра примостилась на краешке своей кровати, подобрав под себя длинные, стройные ноги, и стала объяснять, оживленно жестикулируя.

– Эти данные просто поражают воображение, мистер Спок. Андорианец оценивает возраст пирамиды более чем в три миллиона лет. По некоторым признакам можно сделать вывод, что в последний раз ею пользовались около пятидесяти тысяч лет назад. К сожалению, не сохранилось никаких записей относительно того, что случилось с обитателями планеты после указанного срока. Треллвон-да считает, что все они переселились в другой мир, хотя причины этой миграции ему пока неясны.

– Нелогично. Солнце в этой системе занимает стабильное положение, а геологические данные не говорят о каких-либо проявлениях опасной для жизни солнечной активности в прошлом. Следовательно, природные катастрофы не могли быть причиной исчезновения этой высокоразвитой расы. – Спок наклонил голову и внимательно посмотрел на лейтенанта. – Обнаружены ли еще какие либо следы этой цивилизации, кроме единственной пирамиды?

– Нет, мистер Спок, – ответила Кандра, выпрямив ноги и придвигаясь заметно ближе к вулканцу. – Это единственное сооружение искусственного происхождения на всей планете. Топографические съемки, произведенные со спутников, подтверждают это. Треллвон-да предполагает, что жители этой планеты жили в городах, находившихся глубоко под землей. Посмотрите вот сюда.

Авитс одной рукой показала на экран дисплея, где мелькали данные археологического доклада Треллвон-да. Другая ее рука, как бы невзначай, оперлась на плечо Спока.

– Поразительно, – сказал Спок, поворачиваясь к лейтенанту.

– И вы тоже поражаете меня, – тихо, почти шепотом проговорила она. – Это… это правда, что вы испытываете сексуальное влечение лишь раз в семь лет?

– Да, в общем, верно, за редкими исключениями. Мы, вулканцы, во всем стараемся следовать логике, а секс нелогичен.

– Это может быть очень здорово, – сказала Кандра и пробежалась пальцами по груди Спока, обтянутой форменным кителем. – То, что вы сказали, относится лишь к чистым вулканцам, а в вас есть нечто человеческое, я знаю. Именно это и влечет меня к вам.

Единственным ответом были удивленно приподнятые брови Спока. Она поцеловала вулканца. Он не сопротивлялся, но и не проявил ответного желания. В порыве страсти Авитс обвила обеими руками мускулистое тело старпома и притянула к себе, пытаясь перетащить его на кровать. Легким движением корпуса Спок освободился из ее объятий.

– Лейтенант, вы позорите своим неподобающим поведением звание офицера. Кроме того, оно – нелогично.

– Логика не может ответить на все вопросы! Вы сами это сказали. Расслабьтесь, Спок, расслабьтесь – со мною. Природа создала нас для того, чтобы мы наслаждались нашими телами, прикасаясь ими друг к другу… Иначе невозможно извлечь удовольствие!

– Удовольствие можно испытать, решив какую-то сложную проблему. Физическое соприкосновение вовсе не обязательно.

– Так вы, значит, ощущаете удовольствие, – Авитс пришла в возбуждение. – Я так и думала. Легкая улыбка, появляющаяся у вас на губах, когда вы закончили сложные расчеты на компьютере, искорки в ваших глазах, когда вы несете дежурство, – что это, как не признаки того, что чувство удовольствия и вам не чуждо. Человеческая часть вашей натуры глубоко спрятана у вас внутри. Выпустите ее! Освободите! Вместе со мной!

Женщина попыталась опять привлечь его голову к себе на грудь и уже вытянула губы навстречу его губам, но Спок непреклонно выпрямился и, сняв ее руки, сухо произнес:

– Лейтенант Авитс, к концу этой вахты рапорт об археологических находках должен лежать передо мной.

Он вышел из каюты, не оглянувшись на Кандру, сжавшуюся в комочек на своей кровати. В уголках ее глаз были слезы.

Когда дверь закрылась, Спок вытянул перед собой руки. Они дрожали! Совершенно нехарактерно для вулканца. Океан чувств, поднявшийся у него в груди, был еще более необычен.

Спок поспешил по коридору к турболифту, надеясь, что никто не заметил этой аномалии в его поведении.

Кирк медленно поворачивался туда-сюда в своем командирском кресле, наблюдая за работой всех специалистов, находящихся в рубке. На экране монитора было зафиксировано изображение Алната-2, покрытое координатной сеткой, внутри которой передвигались две небольшие точки – «Энтерпрайз» и «Террор», находившийся несколькими сотнями километров выше. Чтобы оставаться в одном положении между дредноутом и местом археологических раскопок, компьютеры регулярно корректировали орбиту крейсера, включая в расчетное время импульсные двигатели. Эта работа находилась в ведение лейтенанта Зулу. Мичман Чехов проводил в это время утомительные тренировки с расчетами фазерных установок.