Но больше всего Брон боялся воды — он не умел плавать. То ли дело контрабандистская быстрая лодочка, там и захочешь — не утонешь. Но плот!

Что же касается Рыжего, то он являл собой прямую противоположность Брону. Рыжий не унывал. Он кидался камешками в мерзких полицейских глюков. Он вступал в длинные оскорбительные дискуссии с бессловесным надоедой — после каждой такой дискуссии тот исчезал и часа два не появлялся. Наконец, он рассказывал Андрею об устройстве мира, в который его занесло.

И именно он, выслушав печальную повесть о причине, вызвавшей аварию корабля, разъяснил Андрею, что в рубку проник треп, а заодно и поведал, как следовало этого трепа развеять, если, конечно, у Андрея были бы когти и хвост.

Даже недолюбливавший Рыжего Брон в конце концов перестал смотреть на него косо и перенес все свое неудовольствие на реку.

— Мерзкая река!

Когда стало окончательно ясно, что посуху им дальше не пройти, Брон дал себя уговорить на эту авантюру и даже „спилил“ при помощи магии несколько стволов. Связывать их вместе?! Что за глупости! Брон выпустил когти, что-то прошипел, и бревна намертво прилипли друг к другу. Андрей только крякнул, остро переживая свою, как представителя человечества, несостоятельность.

Однако счет он сровнял на удивление быстро. Оказалось — кто бы мог подумать, — что люди-кошки не знают огня. Совсем. В первую же холодную ночь Андрей развел костер, чем навсегда покорил своего товарища. Брон так и просидел всю ночь, прикрыв лапой от жара усы и завороженно глядя на языки пламени. Зато выспался он днем.

Не знали на этой планете и об оружии — в обычном для Андрея смысле. В ходу были, как он понял, всевозможные магические штуковины, вроде той, что разнесла Бронову лодку. Для выстрела они требовали магической энергии — главного товара и главной ценности этого мира. Брон энергию экономил, не без оснований считая, что она еще пригодится.

— Что это? — поинтересовался он, глядя, как Андрей обстругивает перочинным ножиком метровую палку. Рыжий стоял тут же, держа наготове тетиву.

— Лук. Поохочусь, есть-то хочется.

Брон надолго задумался, затем заявил:

— Не вижу способа охотиться с этой штукой.

— Очень просто. — Андрей взял одну из трех изготовленных им стрел. Один конец ее был заточен, на другом щетинилось оперение из пластмассовой обложки блокнота. — Видишь этот завтрак? — спросил Андрей, указывая на крупную птицу, сидящую на лиане метрах в двадцати.

— Ну вижу.

Хлоп! — птица кувырком полетела в воду.

— Гениально! — восхитился Брон.

— Наоборот, очень просто, — возразил Андрей. — Мы с этого начинали.

— Странный у вас, должно быть, мир, — заключил Брон. — Неудобный. — Он подогнал плот к добыче.

— Ваш мир мне тоже пока удобным не кажется.

Пару секунд Брон непонимающе смотрел на товарища, затем до того дошло, и он расхохотался:

— Так ведь мы преступники! А преступникам хорошо живется только в сказках! А был бы ты порядочным человеком — о!

Брон перевел дух и принялся рассказывать, благо слушатель попался внимательный.

— Во-первых, — заявил он, — жертва. То есть эта птичка хороша, спору нет, но ведь там кулинары! Мастера своего дела, которые в приготовлении еды обезьяну съели!

— А я думал, вы не знаете огня, — изумился Андрей.

— И не знаем. Или ты полагаешь, что обязательно нужен огонь, чтобы согреть воду или, скажем, сковородку?

— Каждый апрель, — продолжал он, — устраиваются кулинарные праздники. Тут уж кулинары состязаются изо всех силенок!

Столько блюд! — Глаза у Брона загорелись, затем взгляд его упал на Андрееву добычу, которую он по-прежнему держал в лапах, он запнулся и принялся ожесточенно ее ощипывать.

— Перья сохрани, — посоветовал Андрей.

— Зачем? — удивился Брон.

— Для новых стрел.

— Ага. Ладно. Так на чем я остановился? Жратва, да. Дальше — жилье. Копишь магическую энергию и строишь дом. Из дерева.

— Из бревен?

— Вот чудак! Я же говорю — дом, а не плот. Выращивают из жилого дерева.

— Ну и ну! — только и смог сказать Андрей. — А у нас дома строят. На заводе делают по частям. А на месте собирают.

— Мы строим кое-где из камня, — сказал Брон, — но, по-моему, выращивать все-таки лучше. У нас строят только там, где ничего путного не растет.

— Мы не владеем магией, ты же знаешь. И потом, мы заселили многие планеты, а на иных не то что деревьев — воздуха и то нет.

— Воздуха?! — Брон едва не свалился с плота. — Чем же вы дышите? Или… вам не обязательно?

— Дышать? Обязательно. Воздух мы берем с собой или производим на месте.