Шрифт:
– Вот молодёжь пошла! Сутками дома не появляются! – пропустив это высказывание старушек мимо ушей, он зашёл в подъезд. Они не могли говорить о нём, ведь он совсем недавно проходил мимо!
Но дома его ждал сюрприз. А именно – беспорядок. Тот самый беспорядок, который он оставил уходя на собеседование!
«Сразу скорую вызвать или само пройдёт?» – задумался он. Но, решив, что пройдёт само, он прошёл в комнату и упал на кровать.
Не состоявшееся собеседование, необычное преображение квартиры, две незнакомки… Голова шла кругом.
«Вздремну пару часов…» – надежда оставалась только на сон.
Алексей достал телефон, чтобы поставить будильник. Но его внимание тут же переключилось на счётчик пропущенных звонков и не прочитанных сообщений. Три звонка с одного и того же неизвестного номера говорили о том, что его кто-то искал. А последнее пришедшее на почту сообщение оповещало об отмене предложения по трудоустройству. Тремя сообщениями ниже располагалось то самое письмо, которое так и не удалось найти при встрече с работодателем…
Глава 5
Небольшое и слишком светлое помещение было заставлено различным оборудованием. Пробирки и банки с реагентами соседствовали с чипами и микросхемами, а центрифуга и микроскоп – с паяльником и отвёртками. Такой беспорядок говорил о многом, но в то же время не говорил ни о чём…
Белые стены, белые стеллажи, такие же столы и стулья… Только оборудование не было белым, судя по всему из-за отсутствия такового в продаже.
Хозяин лаборатории – невысокий худощавый старичок с седыми и очень редкими волосами – ходил от полки к полке, явно что-то выискивая.
– Да, куда же я его убрал? – причитал он, совершая очередной переход. – Уверен, что он лежал именно здесь…
В прочем, в действительности он не был в этом уверен. Вполне вероятно, что нужный ему прибор лежал совершенно в другом месте… Кстати! А что за прибор?
Старик потёр затылок, напрягся, но так и не смог вспомнить то, что искал. Зачем тогда он это искал?
Подойдя к компьютеру он провёл пальцами по столу и под ними тут же засветились сенсорные клавиши. Компьютер ожил.
«ПМ» – заключённые в круг буквы дважды перелились цветами радуги и исчезли. На смену им пришёл белый экран с одинокой надписью: Открой папку «Пауэр»!
– Пауэр? – старик постарался вспомнить что это могло значить, но не смог.
Он послушно открыл папку и перед ним отобразилось множество фотографий и документов.
– Однажды ты забудешь вернуть себе память! – послышался женский голос.
– Что? – спросил он. – А, вы кто?
– Вот и я о том же! – сказала она вместо ответа.
Девушка подошла к нему и поцеловала в щёку.
– Сейчас я всё исправлю! – она достала из комода прибор, внешне напоминавший корону и надела его на голову старику. – Не бойся! Ты сам его изобрёл…
– Я? Изобрёл? – не поверил тот.
Но девушка ужа производила какие-то манипуляции на компьютере. На экране выскочило новое окно и в нём начали мелькать различные картинки и тексты.
– А-а-а-а! – закричал старик. По всей видимости ему было больно.
Тисея не поддерживала своего деда в подобных мерах, но он был великим учёным и оттого спорить с ним было бесполезно.
– Беру свои слова обратно! – неожиданно заявила она – Возможно ты не забудешь вернуть память, а не сможешь этого сделать… Твоё изобретение однажды убьёт тебя!
– Оно абсолютно безопасно! Я уже тысячу раз говорил тебе об этом!
Манера, с которой была произнесена эта фраза говорила об одном: он вернулся.
– Ты много о чём говорил! – она старалась не напоминать ему о произошедшем, но иногда не сдерживалась.
– Именно из-за этого я и должен периодически стирать себе память! – напомнил он. – Мне нужно хоть иногда отдыхать!
Тисея знала, что в произошедшем виновато множество учёных и лишь один из них старается хоть что-то исправить. Именно он сейчас стоит перед ней.
В прочем, большинство виновников погибло или умерло через какое-то время после инцидента. Её старик был одним из счастливчиков, сумевших выжить. Но счастья ему это не прибавило. Воспоминания не давали спать и в итоге он придумал прибор, который мог переносить его память в компьютер и обратно. Оказалось, что это больно.
– Ты достала прототип? – окончательно придя в себя спросил Пауэр.