— У нас есть пара минут. Не скажешь, по какой причине тебя терзают вполне человеческие чувства? — задал я ему вопрос, пока мы ждали Синицыных.

— О чём ты? — Альес сделал вид, что не понял.

— Хорошо. Тогда я бы хотел поговорить о слиянии, несложно понять, что оно крепнет быстрее чем ты думал. Но ещё сильнее этот процесс ускоряет убийство разумных и поглощение их энергии…

— Я не понимаю о чём ты. — Альес усмехнулся. Вот откуда мне это известно? Но я знаю, это факт.

— Хорошо. — снова покладисто ответил я.

По лестнице застучали шаги сразу нескольких людей. Господа из Новгорода спускались вниз, позади них шёл белобрысый гигант Сёма.

— Фёдор Константинович, какой неожиданный, но приятный сюрприз. — расплылся в улыбке мужчина, которого я видел впервые в своей жизни.

Невысокий и не низкий, глаза живые, обычный человек. Последнее время понимаю всё чётче и чётче, что дворян и обычных людей не отличает практически ничего, кроме количества денег.

А вот вставший за спиной Владислава сын был интереснее.

Если вы хоть раз в жизни смотрели в глаза ядовитой змеи, то поймёте меня. В Олеге было больше змеиного чем человеческого, он смотрел не мигая, равнодушно, гипнотизирующе. Казалось, что через секунду он порвётся, как старая шкура в сезон линьки и обнажит тугое покрытое чешуйками продолговатое тело.

— Я тоже рад вас видеть, Владислав. — киваю главе.

— Игоревич… — подсказывает он, но я игнорирую.

— Вы обвиняетесь в повторной попытке свергнуть действующую власть. Приговор вынесен, обжалованию не подлежит.

— Это твоя радость? — прищурился мужчина.

— Я рад, честно, что не пришлось за вами бегать по всему городу.

Влад не выдержал и раскатисто засмеялся.

Вторя ему не стал себя сдерживать и Олег. Смех младшего Синицына свистяще пронёсся по коридору и загипнотизировал Алису, она застыла как кролик, перед удавом.

— Пожалуй оставим его. — сам себе сказал Влад, отсмеявшись. — Будет шутом при моём дворе. Связать, рот закрыть, бросить в кладовку.

Владислав отдал приказания и повернулся, чтобы уйти.

Его остановила неестественная тишина. Пройдя пару шагов, Синицын остановился и медленно огляделся.

Ни один из бойцов не стал выполнять приказа.

Я усмехнулся, а Влад напротив, подобрался как готовый к прыжку кот. Занял позицию спиной к стене и встал, быстро выхватив из-за пояса нож. Лезвие оружия светилось, не простой клинок ой не простой.

Олег пристроился рядом с отцом.

— Решили предать меня? — Владислав зло выкрикнул это в пустоту. — Твари, живьём закопаю, одумайтесь на чьей вы стороне.

Ответом ему было молчание.

— Они тебя не послушают. У тебя нет того, что им нужно. — я сделал пару шагов в сторону от стойки, вставая по центру коридора.

— У меня есть армия, деньги, власть! Одумайтесь придурки. — окрысился Владислав.

Его фраза снова упала в тишину, вызвав на лице страх.

— Ты думаешь я их подкупил? — я рассмеялся. Этот дурак смотрел в пустые глаза своих подчинённых и не понимал. — Нет, ты не прав. Я забрал их волю, сознание, душу. Теперь они мои, ты их не выкупишь. Я знаю всё, что знает этот сброд. И пожалуй, мне не нравятся некоторые уроды, которые развлекались с твоим сыном. Избивать девушек, насиловать, убивать. Ай-ай-ай… Убейте себя.

Несколько мужчин шагнули в центр коридора. Нож оказался только у одного из них. Он взял лезвие обратным хватом и одним движением распорол себе горло.

Тело мужчины упало на колени, но он спокойно передал нож другому.

Процедура повторилась ещё несколько раз.

Вокруг снова повисла тишина, только у меня за спиной скрутило Алису. Девушка распрощалась с ужином, выходя из-за стойки администрации и тяжело опираясь на неё.

— А теперь ты умрёшь.

Все подчинённые Синицыных разом подошли к завизжавшему как девчонка Владиславу. Он умрёт от сотен ударов ножом, умрёт быстро, слишком быстро.

Ко мне подошёл белобрысый гигант. Его лицо выражало преданность, будто было самим определением.

— Что прикажете мой повелитель. — видимо Альес балуется.

— Утром мне нужны все люди из вашей армии, внутри города. Переходите под командование моего отца.

— Будет сделано.

Я протянул Алисе руку.

Девушка была бледной и испуганной, но всеми силами старалась сохранять самообладание. Да, принцессы не часто бывают в центре боевых действий и видят такое.

Она приняла мою руку и мы переместились в поместье.