Ковбой уверенно прошёл между охранников и мы нырнули в барак.

За дверью нас встретил большой зал.

Упс, кажется кто-то страдает манией величия. Мы попали в полутёмное помещение, несмотря на то, что на улице стоял солнечный день. Окна практически отсутствовали, видимо владелец сего бункера боялся за свою жизнь.

На потолке висела большая кованая люстра с полусотней свечей, горела половина, что создавало больший полумрак.

Даже в темноте можно было различить трон в конце зала, он был массивным и деревянным, по обе стороны на подлокотниках крепились по черепу. Я узнал кости — это легионеры, твари выведенные Суори.

Пол устлан ковром с причудливым узором, под люстрой продолговатый стол, он упирается в трон. Видимо хозяин любит быть во главе стола и сидеть намного выше других. Стол на двенадцать персон, значит бандитов не так много.

Хотя, он мог устраивать обеды с главарями, а у них в подчинении может быть по десятку головорезов. Поэтому условимся, что в банде может быть до ста двадцати человек.

На троне никого не было, нас провели мимо и мы прошли в дверь в самом углу зала. Следующая комната бандитом видимо была темницей. Свинцово серые стены и большая железная дверь с окошком открывающимся снаружи.

Меня бросили туда, будто котёнка, заставляя упасть на пол.

Не успел я порадоваться тому, что они оставят меня в покое и я смогу придумать как сделать ноги, как в камеру толкнули и Раймса, предварительно забрав у того деньги.

— Это подстава! Шпора, ты чо творишь! — кричал Суори, но не смел что-то сделать ковбою.

Тот спокойно закрыл дверь и ушёл.

Мы остались один на один с придурком Раймсом, кажется я только что понял кто станет моей первой жертвой.

Раймс тигром метался по камере, обивая стены и крича разными голосами. То он угрожал запершему нас ковбою расправой, то пытался увещевать и умасливать. Были большие сомнения в том, что кто-то его вообще слышит, но озвучивать их по понятным причинам я не стал.

В моей голове строился план действий, мозг лихорадочно пытался предугадать все варианты развития ситуации.

Сколько бандитов сейчас на базе? Где главный и на что он способен? Есть ли маги?

Из раздумий меня вывела звонкая оплеуха. Я на автомате отшатнулся и разорвал дистанцию. Левая часть лица загорелась пламенем, а я непонимающе помотал головой фокусирую мигом расплывшуюся картинку.

— Всё из-за тебя уродец! — зло прошипел Раймс. — Сейчас я тебя так отделаю, что мать родная не узнает…

Синекожий двинулся на меня.

Необходимо было срочно прийти в себя, если я не хочу тут сдохнуть.

— Ну давай придурок, сделай хоть что-то, бесполезный кусок дерьма! — подначил я громилу.

Слишком уверенными были его движения, плавные и опасные. Я интуитивно почувствовал, что мне надо раскачать парня, чтобы он был зол и совершал необдуманные поступки.

— Говори-говори, больнее будет. — пообещал Раймс даже глазом не моргнув на мои оскорбления.

Лопатки коснулись стены, отступать было некуда.

Суори почти подошёл, широко расставив ноги и приготовившись к борьбе. Мне ничего не оставалось делать, кроме как заехать между ног.

Синекожий заскулил как побитый пёс и упал на колени, он даже глаза от боли зажмурил, а я набросился сверху выпуская магию симбиота и прикладывая руки к его голове.

Несколько секунд борьбы и Раймс падает на пол с аккуратным отверстием на башке.

Сила наполнила тело, освежая, будто после трудного и опасного дня я вернулся домой и лёг в прохладную ванну.

Из горла вырвался стон.

Тёмная энергия вырвалась за пределы ладоней и завершила действие. Я направил выросшие ленты и стал плавить тело Суори. Сейчас длина лент достигала двадцати сантиметров, источник пополнился силой, осталось пополнить тело материалом для роста и восстановления.

Через несколько минут я оторвался от работы, откинувшись на стену.

От Раймса не осталось даже одежды, ничего, только небольшая горка пепла. Его я развеял по всей комнате активно поработав ногами. В помещении царил полумрак, поэтому сразу следы не заметят.

Пошли долгие минуты ожидания. Но я не скучал. Было интересно наблюдать за тем, как восстанавливается собственное тело. Синяки проходили на глазах, самочувствие улучшилось, с хрустом встало на место ребро заставив меня удовлетворённо улыбнуться.