— Видите? Сектор четыре, десятиградусная отметка, — раздается голос пилота.

— Поверю вам на слово, — соглашаюсь я. — Чтобы управлять этой машиной, нужен тренированный глаз.

— "Шеридан", это «Пэттон»! — крякает прибор. — У нас договоренность с Крэйгом и Шварцкопфом.

«Это другие вертолеты», — заботливо объясняет мне безмолвная жена.

— Спасибо, дорогая! — фыркаю я. — А кто такой Крэйг?

Она мысленно пожимает плечами.

— Все верно, «Пэттон»! — завершает связь наш пилот. — Приближаемся к зоне; смыкаемся в позиции «Ку»; начинаем снижение...

Джессика и я накрепко привязываем оружие к нательной сбруе. Черт, эти воздушные войска уж больно проворные!

— Готовы! — приглушенно сипит пилот. — Садимся... Давай... давай... давай!.. — И нажимает на кнопку выброса.

Дверца отходит в сторону, под нашим сиденьем образуется отверстие, и мы вылетаем в него — в ужасающей близости от вертящихся винтов... Моя команда без парашютов падает вниз, в черную бездну.

Ветер свистит в ушах... Не успеваем мы привести в рабочее состояние браслеты «Полет», как ударяемся обо что-то твердое. Бух! Трясу старательно головой — надо же привести в порядок мозги. Наверху, в звездном небе, видны в отдалении черные стрелы вертолетов «апаш»; снизу на нас надвигается ландшафт... Вокруг меня распласталась в воздухе моя стонущая команда...

О'кей, отель невидим, это мы знаем, но ведь мы приземлились на него! Почему он так и остается невидимым? Вот чертовщина! Попробуй проникни в него!

— Разве мы не на крыше? — Отец Донахью в свободном полете распростер руки, как в молитве, ноги его повисли, как у распятого Христа. Сидящий в воздухе Рауль уставился на него.

— Разве, черт побери, ты не чувствуешь, что находишься на крыше? Это призматическая защита, что-то вроде силового поля — отель окружен магическим куполом.

— Как мы проникнем внутрь? — Наша бесстрашная Дженнингс стоит в небе.

— Спроси Тину!

Русская чародейка шевелит в воздухе пальцами, оставляя светящиеся следы, и изучает результаты своих манипуляций.

— "Заклинания защиты"! — наконец выдавливает она как бы невольно: голос у нее какой-то странный, гортанный, не такой, как всегда.

Мы ждем разъяснений.

— "Заклинания защиты" или «Заклинания обороны»? — вопрошает Рауль.

По-моему, Тина как раз и специализируется именно в этой области магии.

— А какая между ними разница, Рауль? — хочу понять я.

— "Заклинания обороны" не позволяют проникнуть внутрь с оружием; «Заклинания защиты» сообщают магу о присутствии врага.

— Так одно защищает от оружия, а другое задерживает, не дает проникнуть? — Минди во всем любит ясность и точность.

— Совершенно верно.

— "Заклинания обороны"! — Теперь Тина кричит во весь голос.

Джордж привычно кидает в рот жвачку.

— А какие?

«Связь с оружием»!

— Значит, проникнуть можно?

— Только если у нас не будет оружия! — провозглашает чародейка. — И не пытайтесь пробивать здание!

— Выкидывайте! — Я первый отбрасываю в сторону свои «магнумы».

Черт, у нас даже нет кодовой боевой фразы на этот случай. Да разве нам когда-нибудь приходилось расставаться с оружием? Мы никогда не применяли его против людей земли, только против тех, кто губит землю людей... И вот теперь пришло время погубить этих губителей, а нам приходится бросать оружие! Медленно, неохотно команда разоружается. «Баррет» зависает на невидимом крюке и проваливается в ночь... Сумка с патронами, гранаты, кольцо с печаткой, зажигалка, авторучки... И как это я еще не взлетел — такой легкий? Ах да, в кобуре на лодыжке у меня небольшой крупнокалиберный пистолет... И мой карманный нож... И швейцарский армейский нож...

Огнемет отца Донахью падает как свинцовый сейф: вслед за ним летят дробовик, куртка с магическими веществами, наручные часы, карманный ножик, авторучки, четки-гаррота [18] , пистолет, заряженный святой водой... Налегке, однако, священники путешествуют.

Из рук у Джесс поочередно вылетают: «узи», боеприпасы, гранаты, карманная фотокамера, часы, пара шприцев из медицинской сумки, сережки, выпуклая пентаграмма, несколько авторучек, швейцарский армейский нож, два браслета... Ага, браслеты! Вот почему я не прохожу сквозь купол!

Ренолт мужественно развязывает узлы на ремнях, стягивающих его грудь... Вот ремни повисают — «мастерсон» летит вниз. Когда все это упадет на землю, немалые будут разрушения... Надеюсь, под нами нет детской площадки или чего-нибудь в этом роде. Потом Джордж освобождается от ремня с патронами, кольта сорок пятого калибра, крупнокалиберного пистолета, двух ножей, финки, часов, нескольких авторучек, кастетов и... своей шляпы. Вот уж не ожидал — шляпа?..

— Эд, я... не могу этого сделать! — Минди плачет, слезы градом катятся по ее щекам, и обеими руками держится за рукоятку меча.