— О!

Священник пробурчал себе под нос что-то насчет тупиц и еретиков. Хорошо хоть, обо мне не высказался…

Мы хладнокровно сняли с мертвого одежду в поисках дополнительной информации. Под мокрым костюмом — одни плавки, как обычно. Татуировок нет, но повсюду следы мелких шрамов, особенно на спине. На всякий случай я проверил шею — и точно: вот он, невидимый ошейник с регистрационными знаками! Настроил темные очки на максимум, и тогда удалось прочитать едва различимую надпись на овальных металлических бляшках.

— «Machlokta d’Sitna». — Я вытер пальцы о песок.

— «Служба сатаны», — перевел Ричард и сделал шаг назад.

Джессика поперхнулась и плюнула на труп.

— Что же это такое? — не выдержал капитан Хассан.

Пришлось объяснить. Служба сатаны — наш старый, заклятый враг. Действуя под видом Бюро, ее клевреты не подавляли, не нейтрализовали сверхъестественные силы зла, но, напротив, старались заполучить их в свои ряды и, если надо, вербовали среди них шпионов и убийц. Кроме того, мы сильно подозревали, что именно они исподтишка руководили «Кровавой баней-77». Будь у нас хоть малейшие доказательства, мы нашли бы их штаб, в горах Эльбруса, [25] и превратили в дымящуюся дыру. Для нас они хуже, чем отбросы.

— И это мои соотечественники! — с горечью и отвращением произнес Хассан. — Ну что ж, святой отец, приступим…

Донахью непонимающе уставился на него.

— К чему?

— К поминальному обряду, или как это у вас называется?

— Вы шутите? — холодно отвечал священник.

Абдул явно смутился.

— Не собираетесь же вы… отпустить его душу без покаяния?

— Его… душу?! Агента Службы сатаны?! — Донахью повысил голос. — Имеет ли душу убийца, еретик и даже… еще хуже? Один из тех, кто пытался организовать покушение на его преосвященство папу, похитить Туринский саван и заменить его отвратительной подделкой? Никогда! Пусть он вечно горит в аду!

Наступила неловкая тишина; священник повернулся и зашагал к самолету.

— Ну и крутые вы ребята! — только и произнес Хассан; голос у него был мягкий.

Минди носком сапога швырнула горсть песку в мертвеца.

— Не забывай об этом!

— Так что мы будем делать с этим обрубком? — Джордж пнул труп дулом своей пушки.

— Пусть его кости истлеют под солнцем, — ухмыльнулся Ричард.

— А его оружие?

— Останется здесь! У нас и так больше чем достаточно. Кроме того, это могут быть ловушки.

— И то верно.

Я хлопнул в ладоши.

— О’кей, ребята, рассыпаемся! Может, найдем что-нибудь интересное.

Рассредоточившись как при обычной поисковой операции, команда отправилась вдоль берега. Я пошел к самолету и под самым основанием утеса неожиданно узрел Дженнингс и Донахью — они оживленно что-то обсуждали.

— Что нашли? — Я подошел к ним.

— Смотри, дверь! — Минди указала рукой на совершенно гладкую поверхность.

Озадаченный, я посмотрел на каменную стену через свои специальные очки: ничего подозрительного.

— Какая еще дверь?

Отец Донахью подозвал меня жестом:

— Подойди ближе!

Я подошел. Да, теперь вижу: в каменной стене, в небольшой нише, — прямоугольник. Великолепная иллюзия, если даже очки подвели. Не пляж, а настоящий кладезь сюрпризов. На портале я разглядел загадочный символ и несколько крошечных квадратиков, расположенных неровными горизонтальными рядами. Орнамент или зашифрованное послание?

— Джесс, что скажешь? — с надеждой обратился я к ней.

Иногда просто касаясь рукой предмета, например, телепат может много рассказать интересного о его владельце: возраст, пол, состояние здоровья, наклонности, политические пристрастия — да все что угодно.

— Только то, что возраст двери очень солидный. — Джесс обхватила себя руками. — Настоящая древность. Две-три тысячи лет; может, и больше.

Во всяком случае, это уже кое-что. Следуя теории «лезвия Оккама», я рассмотрел для начала лежащее на поверхности, — простой ответ часто самый верный. Но теория не сработала: никаких ручек, петель; скрытых панелей, противовесов… Понимаю, почему они позвали меня. Вытащив из кармана куртки старомодное увеличительное стекло, я обследовал дверь снизу доверху, справа налево. Гладкая каменная поверхность оказывала почти гипнотическое воздействие своей монотонной правильностью.

— Ну как? — взволнованно спросил Донахью, когда я отступил от стены.

— Теряюсь в догадках, — признался я, смахивая с колен песок. — Тут нет отверстия и с булавочную головку, а дверная рама слишком тонкой работы, чтобы взломать фомкой.

— Попробуй еще что-нибудь, — посоветовала Минди.

— Знаешь, к сожалению, есть слишком много способов открывания дверей. Ну, к примеру: магнитный ключ, вставленный в нужное место; радиосигнал, посланный в соответствующем коде; голосовая команда типа «Сезам, откройся!». — Я сделал паузу — ничего не произошло. — Что ж, тот, кто это создал, знал, что делал.