Гнев пеленой застилает глаза. С трудом соображаю, не вижу очевидных намеков и смеха Дредда. Ярость заполняет мысли и контролирует меня. Прохожу вдоль любопытных перевертышей, чувствую про себя, что мое поведение не правильно интерпретируют. Многие считают, что я влюблена и ревную Ситхе к подруге, но здесь не то. Другое чувство руководит телом и мыслями. Иду заторможенно по лестнице, поднимаюсь, слышу скрип ступенек под ногами.

На втором этаже оказывает довольно темно и пусто. Похоже, пара успела скрыться в одной из комнат. Иду заторможенно, боясь наступить на влюбленную парочку. Есть вероятность, что они предались любви прям на ковре, но тусклый свет, льющийся из-под двери нашей с Зарой комнаты, буквально парализует и подсказывает, что они -таки добрались. Некоторое время мою голову сотрясает фейерверк эмоций, все внутри громыхает, взрывается, болит. Ощущение, что голова сейчас лопнет от гнева.

Медленно открываю дверь. Готова увидеть парочку, страстно сплетающуюся в объятиях и понятия не имею, что буду делать в этом случае. Но захожу в помещение и взрыв в голове медленно утихает. Ослабляется при виде Зары, сидящей на кровати. Оглядываю спальню и с радостью отмечаю, что Ситхе находится возле рабочего стола подруги и не домогается ее. Занят разглядыванием фотографии. Сто раз молила подругу убрать ее со стола. Каждый раз, как вижу нас «старых» в рамке, так сразу опускаю фотографию лицом на стол, чтобы не видеть Мору.

– Крыска, - спокойно комментирует Шакс, глядя на рамку.

Странное совпадение немного выбивает из колеи и заставляет остыть. Шакс не видел моего появления, но я ощущаю зов от него. Мороз по коже от этой ассоциации. Словно он говорит со мной - старой Морой.

Я намеренно закрываю громко дверь, давая понять, что появился третий лишний и заодно пытаюсь сбросить наваждение после воспоминаний, которые пробуждаются, когда мы втроем оказываемся вместе и смотрим на нашу с Зарой старую фотографию. Ситуация выглядит настолько странно, что складывает впечатление будто Шакс знает о моей маскировке. На интуитивном уровне воспринимает меня, как Мору. Больно его поведение сейчас похоже на то старое. В те года он тоже не упускал случая задеть меня за живое. Но Шакс не мог догадаться. Невозможно провести параллель между Морой Герц и Элис Мак, ведь мой голос изменен, внешность другая, сил у Моры тоже не было. И очень сильно сомневаюсь, что Шакс хорошо выучил мои повадки или манеру речи.

Мне не нравится эта тишина и напряжение между нами троими, поэтому стараюсь отвлечься разговором:

– У тебя появились лишние причиндалы?
– вполне миролюбиво спрашиваю у Шакса, а потом с укором смотрю на подругу.
– А ты внезапно растеряла мозги?

Спиной приваливаюсь к двери и даю понять, что отсюда никто живым не уйдет. Фигурально выражаясь, конечно, ведь убивать нечем.

– Шакс попросил подыграть.

Даже слов не находиться, чтобы ответить им обоим в нужном ключе. Как же хочется ей треснуть подзатыльник за предательство, за разыгранный цирк, в котором даже она - моя лучшая подруга приняла активное участие.

– Я ее старый друг, а друзьям надо помогать, поясняет равнодушный Ситхе, находясь при этом спиной ко мне.

– Друг?… - непроизвольно фыркаю и активно сопротивляюсь желанию засмеяться. Чтобы скрыть скепсис в отношении его замечания, закатываю глаза к потолку и не даю понять, как же смешно от лживых речей Змея.

– Оставь нас наедине, - внезапно бросает Шакс приказ, повернув голову к подруге.

Что и требовалось доказать. Как только Зара выполнила свою функцию, так потеряла интерес Змея. Настоящие друзья. Но я не против, чтобы Зара оставила нас, ведь ей лучше не общаться с гадиной, а то заразится ядом. Мне спокойнее, если она находится в безопасности.

Киваю на молчаливый вопрос Зары и открываю дверь, помогая ей уйти. Затем обратно приваливаюсь лопатками к двери и жду разговора, который хотел Ситхе.

Ведь милостиво потратил пятничный вечер на блохастую Элис, даже устроил цирк с моей подругой.

Предусмотрительно, на всякий случай стою спиной к двери, чтобы иметь возможность в экстренном порядке сбежать.

Змей ставит рамку с фотографией на обычное место и, положив руки в карманы шорт, лениво идет ко мне. Смотрит в пол и дает понять, что я имею мало значимости.

– О чем хотел поговорить?
– поторапливаю, чувствую маленький звонок интуиции. Пока что едва слышный, но по мере того, как Змей сокращает расстояние тот становится все более оглушительным и звонким. Когда Шакс подходит вплотную, интуиция уже начинает громко сигналить.
– Обязательно так близко подходить?

Пытаюсь остудить его попытку подавить, но Шакс не слышит, продолжает гнуть свою линию поведения. Глядя на мое лицо, ставит ладони на дверь по бокам от моих плеч. Я чувствую себя в ловушке. В западне при условии, что не могу посмотреть ему в глазах, если не хочу попасть под гипноз. Приходится отвернуться в бок, чтобы ненароком не встретиться взглядами. А Змей наклоняется и самозабвенно нюхает мою шею. Шумно вдыхает носом, тянет воздух в легкие, но безрезультатно, ведь запаха нет. Вскоре достает до моего уха, чем вызывает щекотку и нервное ощущение. Я бы предпочла видеть агрессию и ярость, а не это странное поведение. Вздрагиваю, накрываю ухо ладонью, ведь только что я почувствовала… мне не показалось. Словно тонкая ниточка нежно коснулась раковины уха.

Змеиный язык. Не человеческий. Человеческий более шершавый и большой, а этот тонкий и на удивление нежный.

Пугаюсь странных действий, шарахаюсь, испытываю ужас и от этих эмоций всего на несколько секунд открывается проклятый сундук с воспоминаниями, но насильно их закрываю, стараюсь обуздать и забыть.

– Я нашел твою слабость, - голос змея доволен находкой.
– Ты боишься мужских прикосновений?

Меня лихорадит от того воспоминания. Очень тяжело открывать закрытые сундуки с памятью, но я их вовремя закрываю, чтобы не жалеть себя.