— Я могу вам помочь девушки, — сказал друг.

Ой, Никита, это нелегкая расплата за сегодняшний обед. В доброте бабушки и мамы я не сомневалась, но не думала, что карма тебя настигнет так быстро.

— Хорошо, — ответила я.

Никита поднял котомку, округлил глаза, поставил на место и спросил:

— Мне вот чисто по-дружески любопытно, что такого можно положить в сумку, чтобы придать ей такой вес?

Алена улыбнулась, переглянулась со мной и стала перечислять:

— Гусь, курица, домашний творог, икра заморская, пирожки и ватрушки от бабушки и немного личных вещей.

— Беру оплату пирожками. А какие начинки?

— Вишня, картофель и грибы, капуста и грибы. Все упаковано герметично, — перечисляла Алена, а у меня уже слюнки собрались во рту, обед же не удался.

— По одному каждого вида и ватрушка. Вот мой тариф, — сказал Никита.

— Не проблема, — ответила сестра, я только улыбнулась.

Мой телефон подал сигнал.

— Наше такси. Выходим, — сказала я.

Забрались на пятый этаж, мне стало жалко друга, которому последние два пролета тяжело дались, когда мы с сестрой шли налегке. Анна Львовна не ожидала, что с моей хрупкой сестренкой пришлют провиант в таком объеме, но бабушкины пирожки оценила. Аленка и разогрела так, что они не пересохли, а как с пылу жару стали. Вкуснота от бабушки! За труд Никиту вознаградили вниманием и заботой: накормили, напоили и отпустили.

Суматошный день переходил в вечер, когда мы остались одни в квартире, сестра спросила:

— Гусь или курица?

— Гусь, — ответила я без раздумий.

Она принялась за его подготовку на новогодний стол, что-то смешивая и отмеряя в облаке специй. Кухня ей давалась легко, не то что мне. Может, причина в нашем разделении труда: она всегда готовила, а я убирала по дому. Всегда берегла свои руки, защищая их перчатками от воздействия, с готовкой такое не предусматривалось. Пятна вывести или отгладить идеально я могла легко и играючи, укладку или прическу соорудить хоть закрытыми глазами, а вот приготовление чего-то более сложного, чем омлет, грозило кому-нибудь отравлением.

— Ален, по поводу завтрашней ночи… — начала я.

— Я в одной группе этого города прочитала, что недалеко отсюда будут запускать фейерверк, — перебила меня она. — Посмотрим? — на последних словах она так посмотрела на меня.

Чувствовала себя гадиной-сестрой. Так неприятно отказать и сказать сестре правду, но надо.

— Алена, я буду встречать эту ночь со своим молодым человеком в ресторане. Я ему уже обещала.

— А как же я? И для кого я вообще тут стараюсь? — отложила она замученную специями тушку гуся.

— Пожалуйста, сестренка, прикрой меня, если что. Первого я вернусь. И мы проведем время твоих каникул вместе, как хочешь ты, — поставила я все на эту ночь с Арсением.

— Ты влюбилась! Еще ни один парень не вставал между нами и нашими планами, — сказала она, тыча в меня своими пряными пальцами.

— Даже не знаю, как это описать. Он просто космос, — не смогла я придумать ничего другого, кроме как описать нашу химию.

Это ведь не любовь с ним, а любопытство первых открытий?

— Посмотреть хоть одним глазком на такого, — вернула она внимание к тушке и маринаду.

Хоть двумя!

— Ты его знаешь, — начала я и произнесла на выдохе. — Это Арсений… свидетель со свадьбы Эльзы.

Ну, вот я это сказала.

— Ты серьезно?!

Тушка выскользнула из её рук, чуть не оказалась на полу, благо я ей помогла задержаться на столе.

— Да. Мы почти месяц встречаемся.

— Что?! Ты с ним… уже…

От моих слов у сестренки сейчас были такие большие глаза, как у мультяшки из аниме.

— Да.

— С ума сойти, — присела она на стул, прижимая рукой тушку, чтобы та не сбежала. — Тебе только восемнадцать…

— Он не женат, что в этом такого?

— В голове не укладывается.

Все-таки закончив с гусем, мы переместились с разговорами о девичьем в комнату. Как в старые добрые времена, по телефону же так не поговоришь. Я рассказала сестре, как мы сближались с Арсением после нашей второй встречи, как он красиво ухаживал, проявлял внимание и заботу. Увлеклись так, что не заметили, как вернулась Анна Львовна и не одна. По квартире так и летал запах специй и пирожков, мы с сестрой принюхались и привыкли, а вот вошедшие не смогли удержаться.

— Как я и говорила, будет вкусно, — сказала Анна Львовна.

— Это меня так встречают? — спросил Арсений.

Мы с сестрой выглянули одновременно.

— Всем привет! Я не с пустыми руками, — сказал он, протягивая мне очередной цветок и пакет.

Скромно поцеловал меня в уголок губ при свидетелях, когда я потянулась за цветком.

— Как ты выросла, Алена, — сказал он моей сестре, доброжелательно улыбаясь.

— За четыре месяца-то? — удивленно посмотрела та.

— Ужинать будешь? Есть большой выбор пирожков и домашний творог, — поменяла я тему, прижимаясь к нему.