Вабранд хихикает. Мне хочется дать ему подзатыльник.

– Слепой Царь запретил их сеять, говорит, для этой земли есть другое предназначение. Вот прям так и говорит – «другое предназначение». Смешно, правда?

Мне не смешно. Пустота под нами длится и длится. Слепой Царь… Хорошее имя придумал народ Атиарну.

– Ты связался с отцом?

– Да, он пишет, что до официального праздника нечего и думать о том, чтобы поговорить с Богами.

– Все равно летим к храму.

Вабранд пожимает плечами и меняет курс в настройках кара.

– Дядя, вы убивали людей? – вдруг спрашивает он.

– Что? – мои мысли все еще заняты землей, которой Атиарн придумал какое-то «другое предназначение».

– Я спрашиваю, вы убивали людей?

– Убивал, – отвечаю я.

– Сами? Своими руками?

– Было и такое, – неохотно отвечаю я. – Но это было давно.

Когда я еще был рядовым, наш корабль попал в засаду, инсонельмцы взяли нас на абордаж. Да, тогда мне пришлось убивать. Лет мне было меньше, чем сейчас Вабранду.

– Я хочу начать военную карьеру, – заявляет Вабранд.

– Ну так начни, – отвечаю я.

Меня больше интересует, когда же закончатся пустоши и начнутся города. Кар делает вираж, мы разворачиваемся и летим в сторону Гебет. По дороге мы должны пролететь над Иралом, столицей Эуна Неарха. Мне интересно посмотреть, что стало с городом-дворцом после того, как Атиарн перенес свой двор в Нагиб.

– Не солдатом же мне начинать…

– А кем еще ты должен начинать, если хочешь стать военным?

А вот и Ирал, точнее то, что от него осталось – скелет когда-то прекрасного города. Улицы пусты, буйная природа уже опутала лианами здания, в отблесках солнца я вижу, что некоторые окна выбиты. А ведь прошел всего год… Что за ерунда?

– Я подумал, что вам нужен адъютант.

Тут я все-таки не выдерживаю и смотрю на Вабранда.

– Ты серьезно? – спрашиваю я.

Вабранд кивает. С какой стати мне занадобится адъютант, когда у меня на корабле не хватает механиков? Что этот адъютант будет делать? Начищать до блеска мой мундир, который я надеваю раз в году и только тогда, когда прилетаю на Альрат?

– У Главнокомандующего Реоша есть адъютанты, я думал, что и у вас они есть.

Главнокомандующий Реош занимает свой пост еще со времен начала правления Царя Эуна Неарха. О войне он знает столько же, сколько я о вязании крючком. Он брат Царицы Зии. Конечно же, он сохранил свой пост и при Атиарне.

– Попробую устроить тебя к Реошу.

Я не говорю Вабранду, что адъютанты Реоша занимаются совсем другими делами. Всем известно, что Реош никогда не был женат, потому что предпочитает иной вид удовольствий. Ирал и странные пустоши Слепого Царя – я почти сразу и сам начинаю так его называть – остаются позади. Теперь я вижу деревни и небольшие города, поля засеяны, рощи цветут. Жизнь с высоты птичьего полета кажется совершенно нормальной.

Кар пролетает город Гебет, исчерченный зелеными бульварами и парками, и опускается на огромной площадке перед храмом. Сейчас здесь никого нет, завтра и яблоку будет негде упасть. У ворот храма я вижу фигуру, тут же его узнаю – Натой, мой старший брат. Из кара я выбираюсь самостоятельно, хотя ноги все еще отказываются меня держать. Вабранд достает откуда-то трость, протягивает ее мне, я отталкиваю его руку – трость напоминает мне о Слепом Царе.

– Останься здесь, – приказываю я и ковыляю навстречу Натою.

Тот, надо сказать, не спешит мне помогать, хотя и раскрывает руки в приветственном объятье. Мне такие нежности никогда не нравились.

– Привет, – говорю я.

– Привет, – отвечает Натой. – Как долетел?

– Наконец-то приземлился, – ухмыляюсь я.

Натой старше меня на одиннадцать лет, в его волосах уже появляется ранняя седина, за год, который мы не виделись, он сильно располнел. На нем зеленая тога храма Гебет, на шее ожерелье из изумрудов. Богато живет мой братец, невольно отмечаю я.

– Давай присядем где-нибудь. Нам нужно поговорить.

Натой кивает, отпирает двери храма, и мы заходим во внутренний двор. Он имеет квадратную форму и сам, в свою очередь, разделен на квадраты, внутри которых растут деревья и цветы. В середине всего этого геометрического великолепия мелодично журчит фонтан. Он выполнен в форме куба, по граням скользит вода. В храме Гебет вообще чтят геометрию.

Мы садимся на скамейку. Натой тяжело вздыхает.

– У меня такое впечатление, что я прилетел на какую-то другую планету, – без предисловий начинаю я. – Что происходит?

Лицо Натоя становится усталым, он смотрит на меня и грустно улыбается.

– Что конкретно тебя интересует?

– Какие-то пустоши, которые принадлежат лично Царю, заброшенный Ирал… Что за ерунда?

– До вас совсем новости не доходят?

– Я бы сказал, что нам некогда их читать. Да и ты в своих письмах ни о чем подобном не упоминал.

– Потому что письма теперь читают, – Натой выразительно смотрит на меня. – Стоящий по правую руку Царя следит, чтобы ничего лишнего не выходило за пределы Альрата. Я пытался тебе писать, но меня предупредили, что лучше этого не делать, если я хочу сохранить свою должность.