— И че теперь? — побарабанил пальцами по столу Рамиль.

— Завтра с проверкой должен явиться наш «оборонец», — ответил я. — Уйдем раньше, провалим вызов.

— И что, нам оставаться тут? — с явным неодобрением спросила Терлецкая.

— Здесь безопасно. Мы в сознании, Юдо мертв. Выясним, может, кто остался в живых в деревне, и запремся до утра.

— Может? — мой ответ явно не успокоил высокородную.

— Ты думаешь, что создание подобной силы нашло общий язык с местными? — покачал я головой. — Рамик, ты как? Прогуляться со мной сможешь?

— Смогу, — кряхтя, поднялся на ноги друг.

— Лучше я, — вызвался Куракин, — я сильнее и сил не растратил.

— Именно поэтому останешься защищать группу.

— Боишься брать меня собой? — усмехнулся Сашка.

— От тебя невесты убегают, а ты что-то еще от меня хочешь.

Куракин побагровел, но обиду проглотил. Да, знаю, мелочно и не совсем соответствует истине. Все-таки это он отказался от свадьбы с Терлецкой. Но старая мудрость работала: сделал гадость — сердцу радость. На душе действительно как-то сразу потеплело. Что до его обид… Так мы же оба опытным путем выяснили, что даже плохого мира у нас не получится.

— У вас там что-то произошло? — спросил Рамик, как только мы вышли наружу.

— Твоя проницательность не знает границ, — хмыкнул я. — Он вроде как меня убить хотел. Но это не точно.

— Куракин, ты, попытка убийства, — загибал пальцы Рамиль. — Откуда здесь взяться сомнениям? Ты рассказывать-то будешь?

— Буду. На ходу. Пошли вон к тому дому.

Вердикт Рамиля оказался прост — Куракин гад, верить ему нельзя, оставаться наедине тем более. У моего друга всегда все было просто, только черное и белое, без всяких полутонов. И именно сейчас я был склонен с ним согласиться.

— Судя по всему, дом жилой, — заметил Рамиль, едва мы оказались за калиткой. — Только…

— Что только?

— Конура есть, а пса нет. И цепь вон оборвана.

— Почему мне кажется, что внутри мы не найдем ничего хорошего?

Когда дело касалось дурных предзнаменований, я оказывался прав. Толкнув незапертую дверь, мы вновь почувствовали запах смерти. Точнее я почувствовал, а Рамику, который рванул наружу, подобное было впервой. Пришлось открыть настежь окна, чтобы хоть немного избавиться от запаха.

В голове возникла странная мысль. Я начинаю привыкать к трупам. Да, по-прежнему жутковато, но теперь нет желания броситься бежать. Появилась какая-то деловитость, собранность, чего не было раньше. Может, именно этому и должен учить треклятый практикум?

— Всю кожу с туловища содрал, — послышался сдавленный голос Рамика из-за спины. — А это что за чешуя?

— А это уже его кожа. Эдакий обмен. Скорее всего, перед нами последняя жертва Юдо до обращения. Потом он пытался перевоплотиться полностью, но у него не получилось. Сил, скорее всего, было маловато.

Мы молча смотрели на мертвого старичка, лицо которого исказилось в жуткой гримасе ужаса. Вот так живешь, живешь, и в конце концов тебя убивает неведомая хрень, выползшая из реки. Как там нам говорили? У силы на все есть свой план? Самое время в этом усомниться.

— Пойдем дальше, там еще несколько домов. Боюсь, ничего хорошего мы не обнаружим, но удостовериться надо.

— Подожди, — остановил меня Рамиль. — Гляди.

— Ну, — не понял я, к чему клонит друг.

— Видишь, иконы стоят.

— Рамик, я не специалист, но в старых домах это норма. Люди верующие…

— А одна сдвинута. Я тоже не специалист, но вряд ли иконы часто трогают.

Мне оставалось лишь благодарить судьбу за то, что Рамиля определили в мою группу. И действительно, одна из икон, расставленных на грубой полочке в углу, слегка нависала над деревяшкой. Будто ее кто-то не задвинул обратно. Была она явно самодельная, деревенская, собранная из жести и всякого неблагородного металла. Но сделана явно с любовью. Богородица и сын, если я не ошибаюсь.

Еще и тяжелая оказалась. Пришлось схватиться двумя руками. И не зря. Потому что на обороте виднелись нацарапаны мелом руны.

— Метка, — сказал я, показывая Рамику, и убирая икону в пространственный карман. Знаем мы это, потом поди, докажи, что она тут была. — Или сочетания призыва. Такие раньше рисовали на маяках.

— Иными словами, кто-то обозначил Юдо дом, куда надо заглянуть. Только силы в руне почти не осталось, я ее даже не чувствую.

— Энергии здесь ровно столько, чтобы ее могло ощутить сильное существо.