— Дар богини… За испытание. Долго рассказывать.

— Очень содержательно, — фыркнула Мей.

— Мудрец всегда немногословен, — с важным видом сказал Кен.

— Ты не мудрец, ты аутист… Или авутист? Павутист? Хозяин Танака, как правильно?!

Пиратский корабль под цветочным флагом приближался. Гигантская махина, раскрашенная в семь цветов радуги, шла наперерез маленькому торговому судёнышку. Обстреливать жертв пираты не собирались, хотя возможность вроде как была — по крайней мере так показалось Танаке, когда он, щурясь от ослепляющего солнечного света, наконец разглядел вражеское судно

Тем временем, Майк, размахивая саблей, толкал речь. Как думал сам полуогр, предсмертную.

— Цветочники никогда не отпускают живыми! И нас не отпустят! Но! Мы дадим бой! И пускай мы хреновые бойцы! Нас запомнят! Может мы и умрём обосравшимися от страха, но клянусь, сделаем так, чтобы сраные цветочники подавились нашим дерьмом! Мы умрём с оружием в руках! Мы не будем молить о пощаде!

Матросов речь капитана похоже не особо впечатляла. Половина команды была бледна как трупы, кто-то молился, парочка блевала за борт, а самый молодой кудрявый парнишка, обхватив колени звал маму.

Танаку с Кеном же интересовало совсем другое.

— Там вообще какая-то защита есть, или эта деревяшка считай голышом плывёт? — спросил самурай.

— Без понятия, они слишком далеко. Ничего не чувствую, — пожал плечами некромант, — И вообще от меня не будет особого толку если они на абордаж не пойдут.

— Ну что ж… Посмотрим, что я могу сделать с такого расстояния, — сказал Кен.

На непрошенных гостей уже никто толком не обращал внимания, поэтому самурай спокойно прошёл к носу и запрыгнул на бортик. Бинты на правой руке Кена вдруг сами собой размотались, и упали на палубу, обнажая нечеловеческую руку — тёмно-красная кожа, покрытая серыми наростами… На тыльной стороне ладони круглый жёлтый глаз с вертикальным зрачком, вместо ногтей когти. Самурай извлёк меч из ножен и ухватился за рукоять катаны обеими руками, поднял оружие над головой, делая замах. Несколько секунд Кен шептал себе что-то под нос — за набиравшей обороты речью капитана, решившего умереть в лучах славы, слов самурая было не разобрать.

А потом вдруг резко потемнело. Меч Кена толи впитал в себя свет из окружающего пространства, то ли «засветился темнотой». Майк резко умолк и вместе с остальной командой повернулся к источнику внезапных спецэффектов.

Кен ударил. На долю секунды всё затихло и можно было увидеть чёрно-красное торнадо, чьё основание лежало на клинке самурая. Постепенно расширяясь, горизонтальный вихрь ударил в пёстрый корабль под флагом рогатого черепа, окружённого цветочками. А потом с треском и жутким грохотом пиратское судно развалилось на куски. Послышались крики, и было видно, как попавшие под атаку самурая люди на палубе буквально разваливаются на куски. Морская гладь забурлила, взорвалась мощными фонтанами.

На всё это с открытыми ртами глазел Майк и его команда, всего лишь несколько секунд назад готовившиеся к смерти.

Кен спрыгнул с бортика, убрал меч в ножны, и подхватив бинты принялся наматывать их на правую руку. Подошёл к полуогру, переводившего шокированный взгляд с тонущих обломков радужного корабля на самурая и обратно.

— Этого хватит чтобы оплатить наше присутствие на борту? Или палубы драить заставишь?

Не найдясь, что ответить, Майк просто кивнул. Затем покачал головой. Затем всё же сказал:

— Я твой должник на веки вечные…

— Не беспокойся об этом, — хмыкнул Кен, и посмотрев на брата, по-японски сказал, — Танака, думаю у них не было защиты.

— Ну ты и показушник, — ответил некромант, — И вообще, что это за способность такая? Ты же мечник!

— Мудрый воин избавляется от своих недостатков… Нужно уметь вести бой на дистанции, каким бы оружием ты не сражался.

— Мудрый воин изобрёл рендж-аое-мили…

— Ты просто завидуешь! И вообще, это тебе полагалось тут так красоваться. У тебя и класс магический, и уровень больше моего.

— Зато мне древняя не подарила демоническую руку с читерской способностью, в отличие от тебя, читер.

— Это всего лишь легендарный ранг…

— Мудрый воин сегодня необычайно хвастлив…

Пока братья продолжали шутливую перепалку, команда «Ловкача», параллельно со сменой курса, доставала алкоголь как из секретных, так и из «правда секретных» заначек. Сегодняшний день они совершенно точно будут помнить до конца своих жизней…

Жил был под небом Йон-Рунака обычный парень — на четверть гном, на четверть орк, наполовину человек. С детства парня прозвали Ломом — за то, что голыми руками мог сломать, разломать, раскурочить и разбить практически что угодно. Примерно с того возраста, когда у людей начинается половое созревание, обычный парень Лом предпочитал ломать исключительно чужие лица. И однажды, эта привычка довела его до каторги. С которой Лом вскоре сбежал… Разломав собственные кандалы, несколько дверей, и дюжину черепов охранников. Чудом не сдохнув от полученных во время этого приключения ран, Лом немного остепенился, сбежал куда подальше от родных мест, залёг на дно и стал вести жизнь относительно законопослушного работяги. А потом история повторилась и Лом вновь очутился на каторге. В этот раз побег был тщательно спланирован, да и бежал Лом не в одиночку, а в компании отчаянных и на многое готовых мужиков, среди которых завоевал уважение благодаря физической силе и готовности эту силу пускать в ход. Новоявленная банда Лома какое-то время скиталась, постепенно удаляясь в глушь и промышляя мелким разбоем по пути. Пару месяцев назад бандиты нашли превосходное место для базы — руины какого-то древнего чёрт знает чего… Вокруг — глухомань, лишь маленькие деревушки, чьей охраны совершенно недостаточно чтобы отбиться от Лома и его товарищей. Хотя нападать бандитам и не требовалось. Попугать, сломать что-нибудь (желательно Ломовым кулачищем), и деревенские охотно платили дань. Денег с каждого селения по отдельности много взять не получалось (здесь вообще был больше в ходу бартер), а вот со всех вместе выходило уже прилично. Чтобы их потратить, правда приходилось мотаться вдаль до ближайшего городка и притворяться законопослушными гражданами, но Лома это не смущало. Особенно, потому что из этого пускай нечастого, но регулярного похода он сделал целый ритуал — с собой лидер брал всего нескольких человек, и помимо кнута в управлении бандой у него появился ещё и довольно вкусный пряник…