— Маси, не нужно! Ты не знаешь, что делаешь! — крикнула Лианна, Ранд схватил ее за руку, удерживая на месте.

Какое-то мгновение Маси колебалась, затем, тряхнув головой, заорала:

— Ты. победила мужчин своими взрывами! Почему бы и мне не поступить так же?

Она торопливо подложила заряды под фургон.

— Маси, остановись, — срывающимся голосом закричал Жерве. — Я совсем не это имел в виду…

Но Маси обвела всех горящими глазами и поднесла к зарядам факел.

В ту же секунду стали взрываться бочки с порохом. В воздух взлетали щепки, обломки оружия, куски металла.

Лианна прижалась к Ранду, и они вместе упали на землю, причем он успел накрыть Лианну своим телом.

Наконец, все стихло, раздавались только стоны раненых и испуганное ржание лошадей.

Ранд приподнялся и внимательно осмотрел Лианну.

— С тобой все в порядке?

Она кивнула.

— Король…

— Я спасен, — произнес позади Генрих, указывая на Шионга. — Благодаря проворности моего оружейного мастера.

Когда зловещий дым немного рассеялся, Ли-анна заставила себя посмотреть на место взрыва. О Маси не напоминало ничего, кроме алых лоскутков ее платья. Неподалеку совершенно обугленный неподвижно лежал Жерве.

Лианна уткнулась в плечо Ранда и заплакала.

— Я ненавижу себя за то, что чувствую облегчение, — прошептала она.

— Всему виной вероломство Жерве.

— Но Маси…

— Успокойся, любимая, — сказал он. — Ей уже нельзя было помочь. Ты видела безумие в ее глазах?

Ветер разносил по полю дым, словно развеивая воспоминания о случившейся трагедии.

Неожиданно гнетущую тишину разорвал звук рожка.

У Лианны дрогнуло сердце.

— Это мой дядя, герцог Бургундский.

Ранд с иронией заметил:

— Он всегда появляется, когда дым уже рассеется.

Появился отряд рыцарей в сверкающих доспехах, во главе которого ехал Жан Бесстрашный.

Над головами бургундцев развевался белый флаг перемирия.

— Очевидно, он прибыл для переговоров с королем.

— Да, — согласилась Лианна. — Сейчас самое подходящее для этого время. Ведь дядя вел себя как не подобает французу.

Советники короля приготовились к встрече герцога, но он направился прямо к Ранду и Лианне.

Сквозь дым Лианна заметила какую-то женщину, которая ехала следом за дядей на лошади серой масти, на руках у нее был ребенок.

— Пресвятая Дева Мария! — выдохнула Лианна.

Протягивая руки навстречу сыну, они с Рандом бросились к нему, забыв о короле Генрихе и герцоге Бургундском.

Лианна прижала Эймери к груди, а Ранд обнял их обоих. Мальчик, которого они не видели около трех месяцев, громкими криками выражал свою радость. Эймери еще больше стал похож на Ранда, и только упрямый подбородок унаследовал явно от Лианны.

— Слава Богу! — воскликнул Лонгвуд. — Слава Богу! Теперь наш сын в безопасности!

Лианна тоже просто не помнила себя от радости.

— У него появилось еще два зуба, — с гордостью сообщила она.

На одежде ребенка Лианна заметила вышитую эмблему герцога Бургундского — крапива и хмель. Через плечо Ранда она с благодарностью посмотрела на дядю.

— Вы получили мое послание.

— Твоя мама по-прежнему пахнет порохом, мой мальчик, — сказал он ребенку. — Люди Лонгвуда, должно быть, питают слабость к этому отвратительному запаху.

Ранд рассмеялся.

— Именно так. Он им или нравится, или они вынуждены полюбить его. Спасибо за то, что привезли нашего сына.

К герцогу Бургундскому с улыбкой подошел король Генрих.

— Добро пожаловать, Ваша Светлость.

Герцог спрыгнул с коня.

— Ну, что вы теперь думаете о моей племяннице, Генрих? — раздуваясь от гордости, спросил он.

— Вы уже все знаете?

— Да, слухами земля полнится.

Генрих кивнул.

— Не один десяток лет барды будут петь о ее храбрости.

Комок подступил к горлу Лианны.

— О вашей тоже, Ваше Высочество. Вас запомнят как короля, который объединил под единым знаменем лилию и леопарда.

Генрих улыбнулся ей и Ранду, затем коснулся щеки ребенка.

— И под одной крышей, — добавил он.

Они удалились с герцогом Бургундским для переговоров о мире и о дальнейших планах.

— Генрих завоевал Францию, — сказал Ранд.

— А ты завоевал мое сердце.

Он усмехнулся.

— Интересно, кому из нас пришлось тяжелее?