Малышка была красивой. У нее были большие голубые глаза и пучки светлых волос. В душе я боролся с мыслью, что она не моя, что каким-то образом Эндрю стал отцом этого ребенка. Откуда взялись светлые волосы? От одной мысли об этом у меня заболел живот, но я подавил ее, когда поцеловал Роуэн и эту прекрасную новенькую в нашей жизни.

Роуэн была такой ласковой. Она гладила ребенка по голове, не отпуская при этом мою руку, говорила правильные вещи, например, как сильно она любит нас обоих. Что мы семья.

Но семья ли мы? Она что-то скрывает от меня? Я знал, что был у нее первым, но разве Эндрю не вернулся в ее жизнь у меня за спиной? Мне не хотелось быть подозрительным, но ничего не мог с собой поделать. Эндрю, как коварный паразит, готовый ухватиться за любую возможность.

— Кайл? — Роуэн посмотрела на меня с такой любовью в глазах, что я почувствовала себя виноватым за то, что вообще об этом думал. Сегодня мы стали родителями. Срань господня, я стал отцом. Не думаю, что кто-то когда-либо думал, что у меня будут дети, не говоря уже о браке и блаженном счастье.

Медсестры отвели нас в отдельную палату, где мы могли провести время втроем, чтобы сблизиться. Роуэн была просто потрясающей. Я ходил с ней на дородовые занятия, но она была совсем на другом уровне, по сравнению со мной. Она знала, как держать ребенка, и как, с некоторой помощью, кормить ее. Я наблюдал за тем, как она качала нашу дочь на руках, инстинктивно зная, что делать. В сравнении с ней я чувствовал себя неуклюжим.

— Ты должен подержать ее, Кайл. Уверена, ей понравится обниматься с папочкой, — предложила она мне с улыбкой.

Все еще неуверенный, я протянул руки, и Роуэн передала мне крошечный сверток. Малышка посмотрела на меня своими большими голубыми глазами, и я улыбнулся, изучая маленькое личико. У нее был крошечный нос-пуговка; было трудно не влюбиться в нее.

Крошка была так драгоценна, так мала и хрупка, что сразу покорила мое сердце. Так же, как и ее мать.

Ты моя?

Я чувствовал себя таким виноватым, даже думая об этом.

— У нее твои глаза, — произнесла Роуэн.

— Разве не у всех детей поначалу голубые глаза?

Она рассмеялась.

— Не знаю, у всех ли так. Но думаю, у нее так и останутся голубые. Как у ее папочки.

~

Родители Роуэн приехали чуть позже, и я, извинившись, вышел, чтобы подышать свежим воздухом. Мои мысли все время возвращались к светлым волосам, как у Эндрю. Хотя, она была ребенком; возможно, она это перерастет. Не знаю, все так запутанно.

Я остановился, чтобы купить чего-нибудь холодного, прежде чем найти место за пределами больницы. Сидел и наблюдал за тем, как подъезжают машины, чтобы высадить пациентов, и как родители уезжают со своими детьми. Стоял прекрасный солнечный день, дул легкий ветерок, и свежий воздух помогал прояснить голову.

Конечно, Роуэн была бы честна со мной, если бы этот ребенок не был моим. Она провела всю свою жизнь, желая быть с ним; если у нее была возможность, тогда почему она вышла замуж за меня?

— Кайл, — подошел ко мне сзади отец Роуэн. — Я решил оставить дам поговорить наедине и подышать свежим воздухом. Ты в порядке?

Я не знал, что сказать.

— В порядке. День выдался долгий, и теперь нам надо столько всего обдумать.

Отец Роуэн сел на скамейку рядом со мной.

— Этой маленькой девочке очень повезло, что у нее двое родителей, которые любят друг друга так сильно. Должен признаться, когда мы впервые встретились, мне было интересно, чего хочет крутой городской парень от моей девочки. Порой, она такая милая и наивная. Ты хороший человек, Кайл Уорнер. Я не мог бы желать лучшего зятя.

Я посмотрела на него, на его лице сияла такая широкая улыбка, будто он выиграл в лотерею.

— Это ваша первая внучка.

Он кивнул.

— Точно, и от самой младшей дочери. Все как-то задом наперед, да?

— Это действительно здорово, — я не мог рассказать ему, о чем думал. Все казалось таким запутанным. Я снова посмотрел на бутылку сока в руке. На обратном пути надо будет захватить одну для Роуэн.

— Тебя что-то тревожит. Я заметил это сразу, как зашел в палату. Что происходит, Кайл? Между вами двумя все в порядке?

— Это глупости. Я никогда не думал, что у нашего ребенка будут светлые волосы. Может, если бы она вышла замуж за Эндрю…

Он кивнул, хлопнув меня по спине.

— Ты знаешь, что когда родилась Роуэн, у нее были такие прекрасные светлые волосы? Я был уверен, что у меня в гнезде кукушка. Она это переросла, и та маленькая девочка тоже перерастет.

Я рассмеялся.

— Спасибо. Мне правда это было нужно.

— Она не из тех, кто изменяет, Кайл. Что бы не произошло. Я никогда не видел ее такой несчастной, как когда вы были врозь. Тебе не стоит беспокоиться из-за Эндрю Кармайкла. Роуэн больше даже не взглянет на него.