Да и, судя по ошарашенному виду и ошеломленному выдоху Герцога, сложно было бы выбрать более однозначный способ сообщить новость, нежели разливающееся вокруг них золотистое сияние благоволения Пресветлой. Очевидно, в Мирте все понимали, что именно то означает. Неудивительно теперь давнишнее желание Инди утаить это от окружающих.

Видимо, Фредерик уже не ожидал, что «благословение» настигнет его дочь. Во всяком случае, Герцогу потребовалось пара декад и стакан крепкого алкоголя, чтобы хотя бы выдохнуть. Резко рванув уже повязанный шейный платок, отец Инди расстегнул две верхние пуговицы камзола и опустился в кресло, продолжая пить и одновременно поглядывать на них поверх стакана.

Вероятно, несмотря на все традиции, не так и легко ему было признать парой дочери простого наемника, пусть и лучшего в своем деле…

Ни Ройс, ни сама Инди все еще не произнесли ни слова, как и Фредерик. И, возможно, со стороны данная сцена воспринялась бы даже как забавная. Да только Ройс сейчас оказался слишком напряжен и собран, чтобы оценивать ситуацию отстраненно. Сосредоточенность с настороженностью ощущалась и в Инди, столь же крепко держащей его руку. А, учитывая ее способность улавливать эмоции окружающих, Ройс не особо ждал от ситуации мирного разрешения. И непроизвольно задвинул свою принцессу за спину, отступив к стене, прикрывая ее собой, отгораживая и от потемневшего взгляда отца, и от любой вероятной угрозы.

— Отец… — очевидно, это встряхнуло Инди, заставив решиться на действие. — Понимаю твою растерянность, никто из нас не ожидал… Но я так счастлива! — она глянула на Герцога почти с мольбой, явно рассчитывая на его понимание и любовь.

Ройсу же было физически отвратно понимать, что его любимая испытывает сомнения в отце и грусть. Впрочем, не то чтобы он чего-то подобного и не ждал. И, видимо, куда более достоверно представлял себе реакцию Герцога, нежели его дочь.

Однако, в этот момент Фредерик отставил стакан и поднял голову, твердо посмотрев на них обоих. И хоть сложно было делать выводы из одного взгляда, Инди за его спиной облегченно выдохнула.

— Не в моем праве оспаривать благодать Пресветлой, — с его лица исчезла оторопь и растерянность, совсем не подходящие для правителя этого мира. — Если такова Ее воля, мне остается лишь дать вам свое благословение. И порадоваться о твоем счастье, дорогая, — улыбка, обращенная к Инди, стала более искренней и мягче.

настоящее

Поляна у подножия горы, на вершине которой располагался Храм, выглядела так же, как Ройс ту помнил с последнего посещения. Казалось, что здесь никто и не бывал за эти месяцы.

Новая правительница боялась конфликтовать с Мареном, предпочитая делать вид, что Верховного Жреца не существует? Вполне вероятно. Впрочем, кордон на середине дороги через лес, ранее тут отсутствующий, который они спокойно миновали в обход, не потревожив «бравых вояк», явно указывал, что допускать паломников к Пресветлой никто не собирался.

По Мирте ходили затаенные слухи, что поначалу правительница пыталась найти со жрецами общий язык. Даже приезжала сюда, надеясь получить признание, благословение и полную силу Пресветлой. Она точно слабо представляла всю суть и истоки дара и силы богини. Не знали основ и те, кто ею управлял. А в том, что не новая правительница держала реальную власть в руках, он был уверен. Ту, наверняка, выставили как ширму, надеясь на кровь… И вновь просчитавшись по всем пунктам.

Вот и в Храме их ждало разочарование. Мирта не признала заговорщицу, как свое вместилище, несмотря на ее надежды и Марен изгнал самозванку.

В следующий раз та вернулась к Храму с отрядом, намереваясь уничтожить и малейшее упоминание об этом месте… но все ее воины полегли еще на подходе, в коридоре Морта, что Ройса не удивило, кстати. Он, как никто, помнил каждое прохождение этого пути, когда Инди нуждалась в совете Жреца. Коридор никогда не был спокоен и всегда бесился так, что пол под ногами настоящими волнами ходил. И этот крошащийся потолок… Только его вечная настороженность на пределе позволяла им преодолевать путь без повреждений. И пару раз прилично выручал тот самый меч из митлина, подаренный любимой.

Чтобы туда завести целый отряд… надо быть идиотом.

Тогда заговорщица устроила гонения жрецов по всей Мирте, не имея возможности добраться до Марена и основного Храма.

Конечно, это все никто не говорил официально или в голос. Любого, кто решился бы на подобное, ждал арест и заключение. Но слухи, сплетни и шепоток людского говора разносили весть о неудаче и позоре новой правительницы по всей Мирте, еще больше подрывая и так шаткий авторитет ее власти. И Ройс был уверен, что все слухи — правда, возможно, лишь немного приукрашенная масштабами гибели войска в коридоре. Хотя, кто знает, сколько этой дуре хватило ума притащить с собой солдат…

Так или иначе, а сегодня и он поведет куда больше людей через коридор, чем привык. И Ройс пока слабо представлял, как эта, проклятая демонами (!) кишка в стене, отреагирует на подобное вторжение. Но у него не было иного выбора — на ступенях, которыми они всегда спускались, ныне имелась неприступная стена. Ройс подозревал, что та возникла не без помощи жрецов, так что, если в этом каменном монолите имелся выход, им предстояло узнать о том с иной стороны.

Секунду помедлив, перед входом в пещеру, за которой начинался тоннель, Ройс обернулся и еще раз обвел взглядом свой отряд, задержался глазами на Марти. Парень, казалось, пребывал в одном из «светлых» периодов своего разума, но все же слабо понимал, где они находятся и что собираются сделать. Потому Ройс взглядом велел Трэву и Филу, стоящим по бокам от принца, быть на пределе готовности. Парни кивнули так же, молча. Ответил ему сосредоточенным взглядом и Кайл.