— Слышь выстрелы? — вместо «здрасьте» вопросил Григорий.

— Ясно дело! — почти обиделся брат.

— Вот! Твоя механизьма заработала! Снайперов натаскиваю на бегущие цели. — довольным тоном заявил Григорий.

Ещё только объявили набор добровольцев, а Григорий тут же поставил пред Василием задачу: сделать тренажёры для стрелков. Василий, как водится, подошёл к проблеме основательно. И стал искать где взять приличные движки, что приводили бы в действие те или иные, придуманные им механизмы.

Но увидев сколько мороки с этим «двиглом», кто-то из офицеров плюнул и вместо того «двигла» просто поставил конягу, что ходила по кругу и вращала барабан. С ленточным приводом на механизм. И вот теперь по полю бегали деревянные щитки, которые пытались сбить сидящие на огневой позиции снайпера. Надо сказать, что получалось у них всё лучше и лучше. Освоение винтовки с оптическим прицелом шло семимильными шагами.

Сбитые щитки, дойдя до края упирались в простейшую механическую «поднималку», как её обозвали тут же рядовые. Щит поднимался, ставился на упор и после «бежал» в противоположном направлении.

Одно время, только для того, чтобы посмотреть как работает сия «хитрая приспособа» собирались толпы, пока не приходил кто-то из младших офицеров и не разгонял зевак, заставляя заниматься делом.

Ну а братец Василий, сделав дело, про то просто забыл. По принципу: работает — и ладно!

— Сейчас огневая позиция на четырёхстах пятидесяти метрах стоит. И, знаешь-ли, хорошо справляются! Солдатам противника придётся кисло. Даже если сейчас на них наших снайперов напустить… А у тебя новости?

Василий молча взял рядом стоящий табурет и придвинул к брату.

— Наша пропажа «проявилась». Сегодня утром. Вся в ужасе. И не подумай, что выпимши.

— И что она такое надыбала, если так перепугалась? На неё это не похоже.

— Я тоже удивился. — усмехнулся Василий. И лукаво посмотрел на брата.

— Ладно. Колись. Вижу по твоей хитрой харе, что новость — полный отпад. — оскалился Григорий.

Василий, оглянулся по сторонам, проверяя наличие или отсутствие лишних ушей, но всё равно для страховки перейдя на санскрит, вкратце пересказал что услышал от Натин.

В том числе и новость по химическому оружию.

А что? Бедный фармаколог ушёл от них в весьма ошалелом состоянии, когда узнал о способах применения давно открытых веществ.

Но, естественно, главной новостью был скоропалительный вояж Натин на Урал и находка студентов там.

— Да пришлось разыграть из себя крутого миропроходимца, которому ну нич-чё не страшно и всё пофиг! Ты бы видел в каком она состоянии ко мне в кабинет притащилась! Впечатление, что прям вот сейчас помирать собралась.

Григорий ехидно оскалился. Василий меж тем продолжал.

— Та собственно и что её проблемы, по сравнению с тем, что у нас там творилось последние двадцать лет… Плюнуть и растереть! Изображать даже напрягаться не пришлось. Да и фигли: живые, здоровые, перспективы есть и жизнь интересная… Чего ещё дёргаться? Ну вляпались в «мёртвую зону». И что с того? Переживём! И не такое встречали… Так я ей и сказал.

— Хе-хе! Она наверняка подумала «Как же этих Эсторов готовили! Круто!!!» Так держать братец! — ядовито прокомментировал Григорий.

— Та чего нам быкам… и не такое спляшем! Но ты-то какого мнения обо всём этом?

— О её поступке?

— Ну… да! Ведь рванула на Урал нас не уведомив, да в такой поспешности, что разве что из сандалий не выпрыгивая.

— Да удрать она хотела! — рубанул прямолинейный братец. — без нас. А теперь наверняка её стыд мучает.

— Н-ну… но впечатление она производила как крутого прогрессора! — осторожно возразил Василий.

— Пф! Братец! Ты сам давно высказал подозрение, что она — студентка! Помнишь, говорил: «Шпарит, — как будто учебники на экзамене цитирует».

— Было дело. — согласился Василий ожидая продолжения.

— Вот! — удовлетворённо подчеркнул Григорий. — А дальше представь: девочка-практикантка, ещё только-только начавшая практическую деятельность под бдительным оком «старших товарищей» и маститых преподавателей, вдруг оказывается и без этой поддержки, буквально в вакууме. На её месте любой запаникует. Да ещё прикинь: перспектива выхода из мёртвой зоны — аж через сто лет! И перспектива сдохнуть в этом мире, так и не увидев своего.

— Но, к чести будь сказано, успокоилась она довольно быстро. После моих слов. Может всё-таки профи?