– Нет. – Это слово потребовало от него больше усилий, чем он ожидал, но он опять поднял глаза к лицу бога. – Я не хочу сказать, что не верю вам, но я все еще не уверен до конца. И даже если бы я знал, что каждое ваше слово – правда, я не могу решиться так быстро, за одну ночь.

Томанак ничего не ответил, и Базел продолжал:

– Мир мало что оставил моему народу, но одно у нас есть: если мы даем слово, то оно что-то значит. Поэтому я не хочу ни в чем клясться, прежде чем не буду полностью убежден в том, что это стоит делать.

– Конечно, – спокойно ответил Томанак. – Я и не прошу об этом. Я только хочу, чтобы ты хорошенько подумал, прежде чем сказать «нет».

– И вы не будете донимать меня снами?

– Нет, – с улыбкой пообещал Томанак.

– Ну ладно. – Базел посмотрел на Бога Войны и кивнул, и улыбка Томанака стала еще шире.

– Какое сердечное расставание, – пробормотал он, и его смех снова заставил дрожать землю под ногами Базела. Он начал исчезать – постепенно, не так внезапно, как его сестра, – но его низкий голос еще продолжал звучать в мозгу Базела. – Хорошо, Базел. Я ухожу. Но я еще вернусь.

Вокруг кронпринца Харнака вился благовонный дым. Харнак заставлял себя стоять неподвижно, но это давалось ему с трудом. Он всегда нервничал, когда его вызывал верховный жрец Тарнатус. Даже гонцы Скорпиона могли не соблюсти всех предосторожностей и чем-то выдать себя – или Харнака. Этот вызов, несмотря на вежливую форму, в которую он был облечен, поразил его своей категоричностью, и принц нервно закусил нижнюю губу оставшимися зубами, ожидая прихода жреца.

Позади раздались шаги, и Харнак резко обернулся, выдав свое беспокойство, но Тарнатус только улыбнулся.

– Благодарю вас за то, что приехали так быстро, мой принц, особенно в такую ночь.

Харнак просто кивнул, хотя ночь действительно выдалась суровая. Снега навалило лошади по брюхо, и пару раз он чуть не провалился в овраги. Только Тарнатус мог вытащить его из дому в такую погоду, и сознание того, как должен жрец упиваться своей властью, не могла не раздражать принца.

Глаза Тарнатуса засветились, как будто он прочитал мысли Харнака, но он только указал принцу на сиденье в первом ряду, а сам, стоя к нему лицом, сложил на груди руки, скрытые длинными рукавами.

– Я не стал бы вас беспокоить, принц, если бы дело не было столь безотлагательным. Как я понимаю, ситуация при дворе остается сложной?

– Правильно понимаете. – Харнак почти кричал, но Тарнатус ответил ему только вежливой улыбкой. – Эти суки живут на положении членов семьи Бахнака, и барды всячески раздувают эту историю. – Харнак стиснул зубы. – Даже братья, будь они прокляты, смеются надо мной за моей спиной, а то, что сейчас зима, еще усугубляет дело. Столько времени в четырех стенах, делать нечего, только пить да слушать эти байки…

Он сжал кулаки, и Тарнатус сочувственно кивнул:

– Мне жаль это слышать, мой принц. И еще больше я сожалею, что вынужден признать… братья-псы встретились с трудностями.

– В чем дело? – Харнак вскинул голову, и Тарнатус пожал плечами:

– Члены Гильдии, конечно, никогда не были самыми надежными слугами Скорпиона, мой принц, но я полагал, что с такой простой задачей они справятся. Мастер Гильдии пишет, что они потеряли до сорока человек, пытаясь убить принца Базела.

– Сорок? – переспросил Харнак.

Жрец кивнул, и принц сглотнул. Как мог даже Базел?..

– В оправдание братьев-псов можно сказать, что им очень не повезло. Базел устроился на службу к аксейскому купцу и сопровождал его до Морвана. Другие охранники помогали ему отразить первые нападения Гильдии. Затем он оставил службу, но выслеживать его оказалось довольно сложно. Даже меньшие слуги Скорпиона с трудом находят его в глуши, а братья-псы и вовсе могли обнаруживать его, лишь когда он входил в города. Дважды в самом Морване им почти удалось осуществить свои намерения. Один раз в таверне, где он работал вышибалой. – Харнак, несмотря на свое разочарование, не смог удержаться от злорадной ухмылки. – И еще раз на улице. К несчастью, оба покушения оказались неудачными, так же как и третье, в Ангтире. Теперь он знает, что приговорен к смерти Гильдией, и убить его будет еще труднее. Мастер пока не оставляет надежды, но задача оказалась труднее, чем мы ожидали, мой принц.

Интонация жреца свидетельствовала о том, что он сказал далеко не все. Харнак выжидающе посмотрел на него, но тот сохранял непроницаемый вид.

– И?.. – Принц в упор смотрел на Тарнатуса. Поджав губы, тот слегка покачался на носках и на конец открыл рот:

– Существуют и другие пути для достижения нашей цели, мой принц.

– Например? – В душе Харнака боролись недоверие и надежда, но он заставлял себя говорить спокойно. Не собирается ли Тарнатус предложить…

– Выяснилось, что принц Базел – более значимая фигура, чем мы полагали, – сказал наконец жрец. – Его смерть важна для Скорпиона по многим причинам. Вам ни к чему знать их все. Против него мобилизованы все силы Церкви Шарны. Кроме того, мы сможем рассчитывать на помощь слуг Карнадозы.