Данан улыбнулась совсем недобро и спросила вкрадчиво:

— И что он говорит тебе, лейтенант?

Диармайд начал отвечать, но Данан тут же перебила:

— Или, вернее, кем он говорит в тебе? — с видом рокового прозрения спросила чародейка. От подобного вопроса лицо Дея вытянулось: чего? Но Данан не сбивалась, и её убежденность была настолько заразительной, что даже Хольфстенн, забиравший назад фляжку с элем, замер на середине жеста. — Редгар, верно? — Данан накинулась на Диармайда. — Ты слышишь голос командора!

Она уже не спрашивала, а Диармайд, оторопев, молчал. Как она узнала? И, стоп, архонт? Так это не голос памяти, совести или самого Реда…

— Ты стал различать голос Темного, как голос, когда мы вышли из Талнаха, Диармайд, — продолжала Данан. — Только после того, как самого Редгара не стало. Вот почему ты постоянно говоришь нам, что бы он сказал и чего бы хотел. Тебе кажется, что он говорит с тобой, будто из памяти прошлого, будто ты так великолепно его знал! Но на деле ты так же слепо следуешь темной воле, как и я! Как… все мы!

Диармайд заерзал. В его голове резко что-то взорвалось и опустело. Словно он даже думать не хотел, что чародейка может быть права. Темный?! Неужели?! ДА НЕ МОЖЕТ БЫТЬ! НЕТ, НЕТ И НЕТ!!! ОН ЖЕ ОТЧЕТЛИВО СЛЫШАЛ ГОЛОС ТЫСЯЧИ БИТВ!

Глядя, как Дей предается метаниям, Хольфстенн обеспокоился, как бы друг не начал драть на себе волосы.

— Какое это сейчас имеет значение?! — все еще отказываясь поверить, раздраженно бросил Диармайд.

— Прямое! — Данан безотчетно поймала Дея за плечи хорошенько встряхнула. — Архонт увещевает каждого из нас тем, что мы хотим слышать — голосами родных, обещаниями свободы, героическими свершениями. Другие архонты из тех, что уже пробуждались, не обладали даром Иллюзии и звучали для всех одинаково. Но не этот.

Данан перебил стук в дверь — им принесли еды. Кто и когда успел об этом озаботиться, она не имела понятия. Но от запаха пищи поняла, что сейчас скрючится вдвое от пустоты в желудке. Самой обычной пустоты обычного голода, — настойчиво внушила себе женщина.

Едва блюда оказались в пределах досягаемости, Данан не глядя оторвала кусок пищи и закинула в рот (знатно обожглась). Отчертыхавшись, продолжила:

— Там, в подземельях, мы уже встретили иллюзиониста. В отличие от архонта, который способен дотянуться только до тех, кто испорчен Пустотой, теократ мог заколдовать всякого, до кого доставал. Так, по указке хозяина он сначала переманил на свою сторону шахтеров, а вместе с ними и добытый амнирит. Потом, усилившись амниритом и используя голоса тех шахтеров, которые на самом деле уже не были гномами, он привел руамардских воинов. Всполошившаяся власть отправила Смотрителей Пустоты, что и было конечной целью. Потому что без смотрителей засечь приближение или даже местоположение архонта невозможно. Значит, архонт смог бы намного больше, смог бы действовать еще свободнее, никем не замеченный. А потом…

Данан замерла, открыв рот. Её лицо исказилось в растерянном ужасе. Мысль, пришедшая в голову, выбила из неё все остальные, а из легких — последние капли вдоха.

— А потом он привел туда тебя, — не оглядываясь на женщину, тихо припечатал Жал.

Борво подавился едой. Так закашлялся, что выплевал крошки еды Эдорте на колено. Стенн тоже хрюкнул прямо в глоток эля и чуть не захлебнулся. Жал медленно и неотвратимо обернулся в сторону Данан и уставился — глаза в глаза.

— Что ты хочешь сказать? — с паузами за каждым словом шепнул голос. Данан подумала, что это Дей, но нет — Йорсон. Дей, видать, окончательно оглох от таких прозрений: сначала на свой счет, теперь о Данан…

— Так и есть, — выдохнула чародейка и, не в силах больше сидеть, вскочила с кровати. Ходить из стороны в сторону в комнате, где даже пол был занят рассевшимися братьями по оружию было затруднительно, и она принялась мерить шагами клочок в три локтя широтой. — Преобразование считается утраченным Домом, и знаний о нем толком нет. Но в Иллюзиях, мы можем сказать точно, нет атакующих заклинаний. Поэтому архонту нужно что-то, что наверняка сможет сломить барьер телеманта любой прочности. То есть барьер Цитадели Тайн. И он нашел себе оружие.

— Амнирит? — догадался Йорсон.

Фирин с побелевшим лицом покачал головой:

— Духовный меч.

— Нашел, — с истеричной злостью выплюнула Данан, — и даже опробовал! Он нашел его… — Данан закрыла рот ладонью, сокрушаясь над фатальной ролью, которую сыграла в их отряде, — еще в той таверне, в Керуме! И все, что делал со мной потом — искал способ удостовериться, что меч ему пригодится!

Данан затрясло, она срывалась в истерику. И хотя дальнейшие объяснения не требовались, Стенн дернул Данан за руку:

— Объясни толком!

Данан заозиралась: вмешательство друга ненадолго отрезвило её. Чародейка нашла взглядом лейтенанта.

— Как тебе, Дей, — привела пример, — он голосом Редгара шепчет, где белое, а где черное, так и мне он моим собственным велел идти сюда, в Руамард.

Вы же помните ту встречу в Лейфенделе. Тогда с ним было только два теократа, хотя я уверена, в распоряжении Темного магов намного больше. Однако для руководства разграблением шахты он оставил всего одного из них — того, кто мог зазвать сюда смотрителей и сотворить мощный защитный барьер. Телеманта и иллюзиониста в одной филактерии.