— Если у тебя всё, — недовольно пробурчал санитар, — то не мешай нам разгребать последствия этой ночи.

— Но… Всё же, что за последствия?

Забавно. Вот они и вернулись к тому, с чего начали. Картеру показалось, будто здоровяка переполняет двойственное желание поделиться информацией и не сдаться слишком легко. Санитар обернулся. Его коллегам было не до беседующей парочки.

— Тебе ведь не запрещали говорить об этом? — продолжил осторожно давить Картер. Ключевой аргумент сработал.

— Не запрещали. — Санитар обратно натянул маску. — Ладно, к вечеру новость в любом случае появится в новостных буклетах. Кто-то укокошил сорок шесть человек. Стольких пока нашли.

Картер снова опешил.

— Гниль? — пробормотал он.

— Вот уж вряд ли, — ответил санитар. — По правде сказать, они и не мертвы в привычном понимании, скорее, в коме…

— Бергер! — окрикнул его медик, управляющий очередными носилками. — Ты нужен на четвёртом этаже в палате гражданки Кармоди.

Неясно, услышал ли медик обрывки разговора или Бергер действительно понадобился в палате на четвёртом этаже. Здоровяк в неуклюжем извиняющемся жесте пожал плечами и спешно ретировался. Картер продолжал наблюдать за работой медицинского персонала с безопасного расстояния, пока не почувствовал за спиной чьё-то присутствие. Резко обернувшись, он увидел молодого человека невысокого роста, с растрёпанной шевелюрой и в нелепых очках с тонкой оправой. На парне бесформенным мешком висел тёмно-коричневый клетчатый пиджак с заплатками на рукавах. Лицо серьёзное, сосредоточенное.

Молодой человек молча прошёл мимо Картера, продемонстрировал одному из дежуривших на входе медиков свою татуировку и беспрепятственно вошёл внутрь. Журналист-наблюдатель, тут же смекнул Картер. Лицензия позволяла им беспрепятственно находиться в любой точке Граббиса, за исключением АБОО и, само собой, Центрального леса, где располагался Монумент Кодекса. Штаб журналистов-наблюдателей состоял исключительно из криптоматонов, им не требовались никакие средства записи информации, кроме собственных глаз, ушей и мозгов. Затем в пресс-центрах при ЦВР они сходу диктовали статью воплотителям, готовившим на свет одноразовые новостные буклеты. Обычных журналистов становилось меньше с каждым кварталом. После перепрофилирования Лицензий они превращались в авторов художественно-развлекательного контента. Короткие истории, статейки и размышления. А ещё кричащие заголовки в духе: «Настоящие новости теперь создают изменённые. Будьте бдительны, граждане, скоро они заменят и вас!». Не такое уж отдалённое будущее, учитывая рост их популяции из поколения в поколение и набирающие популярность секты добровольного Очищения. Картер читал и лицезрел подобные истории в Библиотеке. В литературе Греховной Эпохи хватало сюжетов о роботах и андроидах, поработивших своих создателей. Но ещё ни разу изменённый не причинил вреда гниющему, если того не требовала Лицензия. Это одновременно успокаивало и притупляло бдительность. Впрочем, Картер всегда был начеку, а наблюдение за Сандрой носило не только сентиментальный характер. Предупреждён — значит, вооружён — так говорили раньше.

Картер обошёл здание Второй больницы и обнаружил, что возле центрального входа припаркованы несколько серебристых автомобилей с маркировкой Карателей, высшей исполнительной власти. Причём, приехала элита, не скрывающая своего статуса. Эти парни пользовались продуктами АБОО, даже их носки не имели срока годности. Единственная Лицензия, допускающая ношение и использование мощного смертоносного оружия, если не считать огнемётов у пограничников в двадцати километрах от города. В рядах Карателей числились исключительно изменённые, подтверждая кричащие заголовки напуганных писак. Главной заботой Карателей был отлов и уничтожение на месте тех, кто в судный день не явился в Обитель Очищения за табелем грехов. Странно, что они здесь забыли?

Картер разочарованно выдохнул. С криптоматонами не договориться, но это полбеды. Если за дело брались Каратели, что случалось крайне редко, обычное полицейское управление оставалось в неведении. Жаль, Картер мог бы прогуляться до ближайшего управления и выловить там кого-нибудь, с кем пересекался на совместных тренировках по поддержанию физической формы. Дохлый номер.

Он не пожалел ещё одного часа и на всякий случай проверил квартиру Сандры. Там предсказуемо никто не открыл. Рабочий день в разгаре, чем бы девушка ни занималась. Картеру не оставалось ничего, кроме как вернуться домой.

По пути он заскочил в сетевое лицензированное кафе «Репо-Фреш», где подавали свежую репродуцированную пищу на любой вкус и по доступным ценам. Небольшое здание отстроили с нуля из материалов АБОО, а не использовали одно из оригинальных, хотя работали там преимущественно гниющие. Интерьер соответствовал минимализму Обителей — однотипные столики, стулья без изысков и пустые стены с однотонным желтоватым оттенком. Место для поглощения пищи, а не праздного времяпрепровождения. Посетителей в обеденное время хватало. Отстояв в очереди, Картер заказал овощной салат, говяжий стейк с кровью и кофе со сливками и без сахара. Обед обошёлся ему в семь кредитов. В забегаловке с фермерскими продуктами он бы вывалил за нечто подобное не меньше тридцати. Картер расположился за угловым столиком и ел молча, прислушиваясь к разговорам. То была обычная пустая болтовня, преимущественно о связанных с БК небылицах, но ни намёка на ночное происшествие. Он допил кофе и сгрузил остатки мягкой посуды в утилизатор.

После шести вечера Картер отправился в супермаркет за ежедневными покупками. В список добавились шариковая ручка с компактным блокнотом и новостной буклет за один кредит. Едва расплатившись, Картер отошёл от кассы, поставил сумку на пол и принялся читать главный материал.

«Ночь долгого сна. Минимум сорок шесть граждан Граббиса не проснулись этим утром. Их тела оставались живыми, сохранялось дыхание, сердцебиение, а в больнице докторам удалось зафиксировать минимальную работу мозга. Их состояние окрестили вегетативным. Уровень криптоматерии разнился от низкого к среднему, но в пределах нормы. Симптомов СМД не зафиксировано.

В числе жертв оказались граждане преимущественно мужского пола в возрасте от двадцати до пятидесяти лет. Двадцать изменённых и двадцать шесть обычных. Признаки насилия отсутствуют, однако более тщательная проверка показала, что в организмах спящих присутствуют остаточные вещества, неизвестные специалистам Граббиса. Совершенно точно, это не блокиратор криптоматерии. Над разгадкой бьются лучшие докторские умы Граббиса. Установлено, что ни один из спящих не был связан с какой-либо сектой или сомнительным клубом по интересам. Единственное, что объединяет жертв — проживание в одном районе.