Посмотрев на Сарефа, который совершенно растерялся от этой информации, Адейро усмехнулся и сказал:

— Так что вот, дорогой племянник, если ты действительно уже понимаешь такие вещи своим выдающимся Интеллектом, то пойми, насколько это тяжёлый и выматывающий труд. И ты сделаешь большое одолжение для всего клана, если в следующий раз не станешь трепать мне нервы, даже если у тебя и возникнут справедливые, на твой взгляд, повод и желание для этого.

После этих слов Сареф впервые в жизни ощутил по отношению к своему главе нечто, что при наличии воображения даже можно было назвать угрызениями совести. Ведь, в самом деле, каких умственных усилий стоило Адейро поддерживать хорошие, или хотя бы отношения с остальными двадцатью пятью кланами.

— Именно поэтому я и говорил, что Озмунду хорошо бы дойти хотя до полуфинала. Шесть голосов на Годасте — это уже прилично. В идеале, конечно, было бы замечательно, чтобы до финала дошли Озмунд и Даяна. В этом случае с точки зрения Годасты уже даже и не принципиально, кто займёт первое место. Потому что в этом случае мы с Виктором будем на корню гасить всю законодательную дрянь, которая угрожает нашим интересам.

Когда семейство Джеминид подошло к самым границам купола, Сарефу, наконец, удалось разобрать, что кричала шедшая недалеко от них толпа. Она скандировала два имени: Стив и Марта. И, как догадался Сареф, это были имена тех Вольных, что прошли на второй тур.

— Меня это тоже всегда забавляет, — презрительно бросил Адейро, — болеют за Вольных так, как будто в случае их победы и им что-то перепадёт. Так нелепо, что даже и не смешно.

— Может, они просто видят в них шанс и для себя, — задумчиво ответил Сареф, — ну, вроде как если и они смогли, то уж каждый житель вне клана сможет попробовать себя в Состязаниях, победить и получить желанную награду.

— Это, разумеется, так, — фыркнул Адейро, — славы и богатства себе хочет каждый. А вот придатка в виде необходимости пахать и развивать способности, угробленных здоровья и нервов, а так же зависти и ненависти в свой адрес от скудоумных простолюдинов уже желают не так сильно. Ладно, хватит болтать. При входе сразу идём к скамьям участников. Готовь свои способности…

По стечению обстоятельств они проходили мимо того же стражника, что и вчера. Тот тоже узнал Сарефа и дважды проверил его, прежде чем дозволил идти дальше.

— Займите нам места наверху, — скомандовал Адейро Исмарку и Джайне, — мы присоединимся к вам позже.

Те послушно ушли на верхние ряды. Адейро же с Озмундом и Сарефом направились к скамьям, где уже усаживались другие чемпионы в ожидании своей очереди.

— Итак, — прошептал Адейро, усадив Сарефа между собой и Озмундом, — по 5 Силы в Ловкость и Интеллект.

Сареф взял Озмунда за руку, вызывая Системное окно.

— Подтверждай, — шепнул он кузену.

— Готово, — выдохнул тот в ответ.

Озмунд Архварт-Джеминид, уровень 9. 5 Силы переведено в 6 Ловкости.

Озмунд Архварт-Джеминид. Уровень 9. 5 Силы переведено в 6 Интеллекта.

Параметры:

Сила — 9,6

Ловкость — 24,4

Интеллект — 19,5

— Отлично. Замечательно. Пусть попробуют попасть в тебя хотя бы одной атакой, — прошептал Адейро, — отлично, Сареф, возвращаемся. Удачи, сынок, — Адейро коротко похлопал Озмунда по плечу и поднялся, увлекая за собой Сарефа.

— Добрейшего всем утречка, дамы и господа, с вами снова Армель Рагнаро, и сегодня второй тур главного ежегодного события в нашей жизни — Системных Состязаний, — комментатор начал трещать ещё до того, как последние зрители успели занять свои места, — вы, конечно, об этом знаете, но вдруг здесь случайно оказался кто-то, обладающий слабой памятью и забывший, куда он пришёл. А мы не хотим оскорбить ничьих чувств, верно? Каждый желающий имеет право посещать Системные Состязания, при этом — совершенно бесплатно! Я тут подумал, сколько бы денег могли зарабатывать кланы, которые проводили бы Состязания на своей территории и брали деньги за вход. Но Система милостива, и она позволяет каждому жителю посмотреть на это уникальное, запоминающееся событие — совершенно бесплатно! Возблагодарим же Систему за тот чудесный мир, в котором мы живём!

— Да что он такое плетёт, — не выдержал Сареф, запыхавшийся подниматься по ступенькам, — его поставили бои комментировать или пороть чушь?

— Не обращай внимания, — понимание на лице Адейро было на редкость искренним, — его задача — заводить толпу и управлять её настроением. И он с ней вполне сносно справляется.

— Итак, все в сборе, — продолжал Армель, — члены судейской бригады вот-вот получат от Системы имена первых двух участников. Ещё одна изюминка, которая так привлекает к участию в Состязаниях: никакой возможности подкупа, всех участников друг против друга всегда ставит Система. Никаких подтасовок, никаких договорных боёв — ты можешь победить только в том случае, если ты действительно лучший. Здесь иного просто не дано.

Сареф и Адейро продолжали подниматься по лестнице, разделяющей два сектора трибун. Исмарк и Джайна махали им почти с самого верха.

— Болваны, — недовольно сказал Адейро, тоже начинающий задыхаться, — не могли мест ниже занять. Никогда нельзя их одних оставить, вечно какую-то глупость сотворят…

Внимание же Сарефа привлекли странные личности в чёрных плащах, которые сидели в соседнем от них секторе. Они занимали целый ряд, сидели неподвижно, но при этом очень внимательно смотрели на поле. Несколько секунд спустя Сареф заметил, что рукава и капюшоны их плащей по краям оторочены золотистой вышивкой, переливающейся в лучах утреннего солнца.