Я накрыла коробку крышкой, не желая рассматривать остальные коробочки поменьше Там, конечно же, дорогие туфли и маска, украшения.

До вечера ещё есть время. Я решаю прогуляться. Накидываю на голые плечи платок и иду по саду. Здесь собраны деревья и растения со всего мира. Сад сделал бы честь любому ботаническому заповеднику. Солнце палит нещадно. Я огибаю усадьбу Диабло, поглядывая на камеры. Я знаю, что не одна. Это видимость свободы. Пусть головорезы не ходят за мной по пятам. Они наблюдают на расстоянии.

Я иду дальше, туда, где всевидящее око не может меня достать. Здесь огромные гаражи. Слышаться крики, я прячусь за ближайшим деревом. Любопытство это грех, это я понимаю чуть позже. В гараж, одна за другой заезжают машины закрытые тентом.

Неужели он привозит наркотики в свой дом? Притаившись, смотрю как они останавливаются на весах. Мужчина, которого я не видела раньше, кричит цифры. Очевидно вес. Диабло невозмутимо наблюдает со стороны. На одной из машин, откидывают плотную ткань. И я тихо охаю от шока.

Машины забиты пачками денег. Их так много, что это составит бюджет одной из стран.

— Миледи! — один из головорезов, подбегает ко мне. — Вам нельзя здесь быть. — Вздрагиваю, когда Диабло поворачивается в нашу сторону. Чирикает по мне хладнокровным взглядом.

— Уведи её! — командует он, и возвращается к своему занятию, пересчету денег.

Наверное, он невероятно горд собой. Осознание своего непомерного богатства возносит его альтер эго до небес. Деньги это власть, сила. Почти все можно купить на них. И зачем такому богатому человеку оброк за меня? Это же копейки для него.

И главное, что он сделает, после того, как я узнала его секрет? Дрожащими руками одеваю платье, которое идеально обтягивает фигуру, поднимаю волосы наверх, открывая голую спину.

Когда стучится слуга, надеваю маску. Встретится с Диабло сейчас, после того, что я видела, сравни самоубийству. В голове настойчиво стучит мысль: он не отпустит. Ты слишком много знаешь.

Территорию вокруг усадьбы украсили сотнями огней, люди одеты не хуже, чем в высшем обществе. Вечеринка напоминает те светские рауты, на которые меня водил муж. Но есть одно отличие. Мексиканская музыка. Веселая, горячая от которой мои бедра непременно пришли бы в движение, если бы я не была напугана до чертков.

Кажется, я только сейчас осознала к кому попала в плен. Все люди в масках, но я узнаю Диабло. Он стоит в пол-оборота, разговаривает с каким-то мужчиной. И он чертовски хорош в черном смокинге. Он кажется выше, более статным присутствующих гостей. Его невозможно не узнать.

Наши глаза встречаются его порочный, прожигающий насквозь и мой испуганный. Я чувствую себя раздетой. Диабо смотрит так, что мне кажется, что я голая. Опасный взгляд хищника, в котором читаю свой приговор.

Ловлю проходящего мимо официанта и выпиваю залпом мескаль. Ещё один. Ко мне подходит мужчина, поклонившись, приглашает на танец. Эль Пачо.

Мы, покачиваясь, движемся под медленную музыку.

— Вы подумали над моим предложением, Ярослава? — променять одного наркобарона на другого? Какая разница? По крайней мере, Диабло не требует от меня интима.

— Яра. Моя очередь, — Диабло перехватывает меня в танце. Его глаза зло сверкают, а челюсть плотно сжимается, выделяя скулы. — Ты проверяешь предел допустимого? Играешь с огнем. Я же сказал, чтобы ты держалась от него подальше.

— Я бы и держалась, если бы ты не приказал мне спустится и быть здесь. Какого оно?

— Что?

— Считать себя богом. Управлять людьми, лишать их свободы?

— Ты ошиблась в характеристике. Я скорее его противоположность.

Диабло щелкает пальцами и звучит танго.

— Умеешь танцевать «El choclo»?

— Где уж мне.

— Придется учится, — он снимает с артиста шляпу и надвигает на глаза. Люди перестают танцевать, окружают нас полукругом. Диего дёргает меня за руку, закручиваясь, прижимаюсь к нему, утыкаюсь носом в смуглую шею. От него приятно пахнет мужским парфюмом и его запахом, голова кружится, я пьянею. Не пойму что тому виной. Мескаль, или его близость так на меня действует.

Рука Диего ложится на голую спину, обжигая теплом, другой он держит мою руку. Я обнимаю его за спину, мы кружимся в зажигательно ритме, не прерывая зрительного контакта. Он потрясающе пластичен, несмотря, на большие габариты. На ум приходит поговорка, что хороший танцор, отличный любовник.

Диего замедляется, я закидываю ногу ему на торс, прижимаясь всем телом, ощущаю бугор в штанах, пока вторая остаётся на месте. Получается шпагат.

— Ты соврала, Яра. Ты умеешь танцевать танго. Муж научил? — я рассмеялась.