— Простите, против вкуса я ничего не имею, только мой желудок.

— Пустяки, главное магия. И потому давайте о деле, чтобы не тратить ее зря. Вы говорили, что у вас уже есть подходящая женщина? Уверены, что она выдержит все девять месяцев?

Виктор кивнул. Будущую мать он искал не в баре, а на аллее для пробежек, подбирая самую здоровую. Потом еще и усыплял кандидатку, чтобы Сецуну мог ее осмотреть и выдать окончательный вердикт. Саша подходила идеально: здоровая, умная, красивая, еще и сирота на попечении дряхлой бабки. Не переживет роды — на ребенка претендовать никто не будет.

— Хорошо. Да, это определенно хорошо.

— Вы отдадите мне силу?

— Не тебе, ребенку.

Она резко выкинула руку вперед, и Виктор инстинктивно отпрянул: чего жрица и добивалась, тут же схватив его за мошонку. От боли потемнело в глазах, перехватило дыхание.

«Только не тем ногтем!» — подумал он, теряя сознание.

Очнулся от пощечины. Над ним склонился хмурый проводник, заслонив собой заходящее солнце. Его тень накрыла Виктора полностью, сделав и без того высокого векша просто громадным.

— Вставай. Я принес тебя к разлому — дальше сам.

Виктор кивнул, но вот встать у него не получилось, и потому пришлось просить о помощи проводника. Понадобился всего один шаг, чтобы оказаться в комнате Сашиной квартиры, и чтобы почувствовать себя человеком, а не беспомощным куском дерьма. В спину что-то ударилось. Виктор обернулся и увидел оскаленное в неприятной усмешке лицо векша — разлом почти закрылся.

— Иллеа-хи сказала спрятать ее получше. Охотники будут искать и не остановятся, пока не найдут. А когда найдут…

Последние слова заглушил треск схлопнувшегося разлома, но он хорошо представлял, что же охотники сделают с ним, когда найдут. Хотя проводник сказал «ее». Силу? Или беременную Сашу? Надо будет снять для нее другую квартиру: разрешение на щит для жилого помещения у него оставалось, даже на два щита. Вторым обновит домашний, может, и Лене лучше станет…

— Вик? А ты давно пришел?

Саша, завернутая в банное полотенце, стояла в дверях и удивленно его рассматривала. Виктор улыбнулся, надеясь, что улыбка выглядит не слишком вымученной, затем наклонился и подобрал сверток, на котором догорало слово «женщине».

— Кажется, это тебе.

— А… эм… спасибо, наверное, — Саша неуверенно посмотрела на переливающийся лазурный квадрат, перевязанный ярко-алой лентой. — Если это потому, что тебя долго не было и ты не отвечал на мои звонки, то не стоило…

Долго не было и не отвечал на звонки? Виктор машинально хлопнул себя по карману, проверяя на месте ли мобильник, и снова улыбнулся, в этот раз виновато. Иное течение времени! Стоило ее предупредить.

— Нет, это просто подарок. А звонки… Я как-то выпал из этой реальности, но решил вернуться обратно исключительно ради тебя. — Он подошел к Саше и, сунув сверток в руки, покровительственно поцеловал в лоб и сорвал с нее полотенце: — Как же я соскучился, — поцеловал в губы, пытаясь изобразить страсть. — Не одевайся. Я быстро в душ и обратно к тебе.

На душ и впрямь ушло мало времени — дольше стоял перед раковиной и пытался смыть все еще ощутимый медный привкус чужой крови во рту. Не получалось, и он сдался, решив, что нельзя заставлять Сашу ждать. И потом, кто знает, что там действительно в том свертке.

Когда Виктор поднял глаза, ему показалось, что он видит в зеркале огненного пузырящегося монстра. Монстр улыбнулся, показав ряд острых белых зубов, и растворился, словно никогда его и не было, как и привкуса меди во рту. Только тихий булькающий смех эхом отдавался в сознании, пока Виктор шел по коридору до комнаты, где его ждала определенная в жертву женщина: ничего не подозревающая, наивная, нелюбимая.

Ян стоял в погруженной во тьму комнате и пытался понять, как здесь оказался. Еще секунду назад он перебирал книги в домашней библиотеке в поисках той самой, что им с сестрой в детстве читал отец, а теперь перед глазами лишь плохо различимая в темноте черная мебель, высокие стены в датчиках, мигающих рыжими лампочками, да окна в пол, за которыми внизу сиял огнями город, совсем не похожий на родной Питер город…

Он закрыл глаза, мысленно досчитал до десяти, открыл, но город, как и комната, никуда исчезать не собирались. Ян Ущипнул себя за запястье и скривился из-за бессмысленности своего поступка. Нет, он точно сейчас не спал, только легче от этого не стало, скорее наоборот. И раз так, надо бы придумать, как вернуться обратно, желательно, без приключений.

Нашарив в кармане телефон, Ян поднес его к глазам и, разблокировав экран, уставился на перечеркнутый индикатор сети — на помощь со стороны рассчитывать не стоило. Геолокация ожидаемо сообщила, что не может определить местонахождение. Хорошо хоть заряд батареи показывал восемьдесят шесть процентов, значит, можно было воспользоваться фонариком, что Ян и сделал. Луч света выхватил из темноты широкий офисный стол с несколькими мониторами, солидное кожаное кресло рядом, позади то ли тумбочка, то ли еще один стол, уже поменьше, с стоящим на нем принтером… Получалось, что он просто попал в чей-то офис. Вывод несколько обнадежил, пока свет фонарика не уперся в сияющий оранжевый круг на стене, в центре которого пульсировал сложный иероглиф, показавшийся Яну смутно знакомым.