Попрощавшись, он подобрал из травы замызганную котомку и побежал в указанную Фиахрой сторону.

– Ну, вот, – косоглазый довольно потер руки и, нахмурясь, взглянул на Бресала: – А ну-ка подойди сюда, парень…

– 3-зачем?

– Подойди, говорю! Наклонись… Вот тебе, вот!

Посох Фиахры заходил по согнутой спине несчастного.

– В следующий раз помалкивай, когда не спрашивают! – наконец утомился косой. – Ну что сопишь? Веди!

Друида они увидели на поляне: красивый молодой человек в набедренной повязке, сплетенной из одуванчиков, и таком же венке стоял прислонившись к дубу. Левая нога незнакомца, согнутая в колене, была поднята, левый глаз закрыт – что символизировало отрешенность от этого мира. У корней дуба, на видном месте, лежал увесистый булыжник, при виде которого в глазах Фиахры вспыхнул огонь алчности.

– Не ты ли друид Амбар Баран? – подойдя, громко спросил косоглазый.

Молодой человек приоткрыл левый глаз:

– Меня зовут Имбар Даллан, и я в самом деле друид. Приветствую тебя, славный Фиахра!

– Вот как? – Косоглазый вздрогнул. – Откуда ты меня знаешь?

– Слава о твоей честности и благородстве давно достигла скалистых берегов Коннахта.

Фиахра приосанился и, не теряя времени даром, справился насчет камня. Того, что приманивает богатство.

– Ах, это, – друид с улыбкой кивнул на булыжник, – да вон он. Похоже, никому и не нужен. Камни счастья и любви разобрали давно, а этот вот остался. Устал я таскать его за собой.

– Вот и не таскай, любезнейший друид, – льстиво осклабился Фиахра. – Я, так и быть, согласен избавить тебя от него.

Он с жадностью наклонился к камню.

– Э, не так быстро, почтеннейший! – тут же предупредил друид. – Не дотрагивайся, он может потерять свою силу.

Фиахра тут же убрал руки за спину:

– А как же его забрать?

– Ты не бедный человек, – друид усмехнулся, – и я не могу подарить тебе камень богатства… Могу только продать.

– Назови цену! Могу обменять его на хорошую стельную телку.

– Нет, телка мне ни к чему, даже и стельная. А вот несколько серебряных или золотых римских монет было бы в самый раз. Мне их как раз обещали в соседнем селении, староста Фергус Макойл.

– Фергус? Вот прощелыга! – замотал головой косоглазый. – Не продавай ему камень, друид, Фергус Макойл известный сквалыжник и гад, каких мало! К тому же он и без того богат, богаче некуда.

– Да, он что-то задерживается, – друид развел руками и, подняв камень, засунул его в котомку, – придется поискать других покупателей. У тебя ж все равно нет монет. Жаль, я бы знал, что камень попал в надежные руки.

– Эй, эй, постой! – не на шутку испугался Фиахра. – Пожалуй, у меня где-то завалялось несколько римских монет. Эй, Бресал… Нет, лучше схожу сам. Ты подождешь меня, славный друид?

– Пожалуй!

Фиахра вернулся быстро. Принес десять серебряных денариев и золотой ауреус с профилем императора Адриана. Каждая монета была аккуратно завернута в тряпочку или обрывок папируса.

– Одна, две, три… – выкидывая обертки в траву, тщательно пересчитывал косоглазый. – Ну, в расчете? Так я забираю камень?

– Забирай, – спрятав деньги в котомку, милостиво кивнул друид. В голубых глазах его отразилось небо.

Подняв булыжник, Фиахра оттолкнул плечом ринувшегося было ему на помощь слугу и, тяжело переваливаясь, поковылял прочь.

Затрещали кусты, и на поляну выбрался Гета – именно он и приманивал косоглазого россказнями о знаменитом друиде.

– Ну, как? – моргая, поинтересовался он.

– Неплохо, – улыбнулся друид-Юний. – Они настолько верят своим жрецам, что мне даже стыдно обманывать.

– И мне, – поежился Гета. – Но ведь мы поступаем так ради хорошего дела!

– Это уж точно. – Юний улыбнулся и, зевнув уселся на траву у корней дуба. Где-то в лесу куковала кукушка, вокруг порхали разноцветные бабочки, и дующий с моря ветерок тихо шевелил листву.

Потянувшись, Рысь машинально подобрал из травы обертку, одну из тех, в которые косоглазый Фиахра заворачивал деньги. Подобрал… И вздрогнул!

На клочке папируса виднелись четкие римские буквы.

– …ветоний Пау… – прочел Юний. – …удикка… ице… Светоний Паулин! Боудикка! Ицены!

Рысь вскочил на ноги – перед ним был обрывок труда Гая Мальвы, историка, чью оборванную книгу нашли в комнате пропавшей Клавдии Апеллины! Не сказав ни слова, Юний бросился нагонять косоглазого. Слава богам, тот еще не успел уйти далеко и, бросив камень, отдыхал, сидя в траве.

– Не успел тебя предупредить, славный Фиахра, – подбежав, Юний уселся рядом. – Обращаться с камнем надо особым образом.

– А вот оно как? И как же?

– Положи его в угол и каждый день – каждый день, слышишь? – обязательно поливай парным молоком.