Почему же именно Альмарил являлся личным врагом Вальдемара? Да потому, что светлый тоже участвовал в последней войне с людьми, и в отличие от темного считал, что людям верить нельзя, и их нужно уничтожить всех в любом случае. В итоге, они разругались, а когда дело чуть не дошло до войны, Вальдемар сам отправился в изгнание, да и его дом не пострадал от войны. А все потому, что союзников у светлого было куда больше, чем у темного. Но эти союзники были и остались верны Вальдемару до сих пор. Если я правильно понял, то эльфийка Тира была как раз из их числа. Можно ли было договориться с Альмарилом миром? Нет. Он ненавидел людей до мозга костей, и было за что. Азриль сообщила, что вроде как в ту самую прошлую войну от рук людей погибла вся семья светлого эльфа и половина родного эльфийского дома. За такое любой бы стал ненавидеть и мстить.

Еще в неожиданные союзники Вальдемара можно было записать одного из старейших демонов, уважаемого аксакала всей расы, великого мага Шахрудана. Именно так и с полным почтением в каждом слове. Азриль говорила о нем с таким уважением и обожанием, что казалось, говорила о боге, а не о живом существе. Он тоже был участником прошлых сражений. Официально он не поддерживал Вальдемара, но и не мешал. То есть демоны отстранились от этой проблемы, заняв нейтральное положение. Мол, вы там сами разбирайтесь, что и как. Но неофициально старый демон не раз высказывался за мир между людьми и другими расами. Вот только обозначал он это немного по-другому. Шахрудан хотел создать резервацию людей где-то в закрытой территории. Мол, если люди останутся живы, то не будет новой волны людского нашествия на мир. Спорное утверждение, но возможно, он и прав. Вот только такой сценарий уже не устраивал нас самих. Впрочем, пока рано делать выводы. Возможно, старец высказывался таким образом, чтобы просто проверить почву, а возможно, именно так и думал. Кто его знает, что на уме у столь древнего существа. Одно понятно точно. У этих местных правителей все запутано и непонятно. Ну да это не удивительно. Все же они, в отличие от нас, по легенде живут тысячи лет.

Виолетта

И всё-таки моё женское чутьё упрямо твердило о том, что между Синаром и Азриль происходит нечто, мягко говоря, интересное. Девушки и так любовные дела за километр чуют, ну а в нашем случае эти двое чуть ли не на лбу у себя обо всём написали: настолько странным было их поведение. Синар так вообще вернулся к своему старому «нефилософскому» образу речи, вполне возможно, чтобы не пугать демонессу или ещё что-то в этом роде. О спонтанном решении Азриль отправиться с нами даже говорить нечего: в нём чувства и эмоции явно сыграли далеко не последнюю роль. Не знаю, что именно там вспыхнуло между этими двумя, но похоже, нечто действительно сильное. Другого объяснения столь важному и в какой-то мере отчаянному поступку я просто не видела.

Вот только разве Синар не упоминал, что есть кто-то, кто ему нравится? Конечно, он сказал тогда, будто не уверен, но всё же я решила, что в какой-то степени его странное поведение в последнее время было связано именно с этим. Я ведь вначале подумала на какую-то драконику с острова, а потом ещё и на Эльнару грешила, — вот же ж бывает глупости в голову придут! Ну да, в любом случае, хоть Синар и являлся моим фамильяром, чувства и, тем более, любовь — это его личное дело, в которое мне не стоит вмешиваться. Что же сейчас действительно важно, так это покинуть подземный город демонов и добраться до Бастиона как можно скорее. И так ведь, в виду последних событий, придётся большой крюк сделать.

После разговора с Азриль и небольшого обсуждения все члены отряда согласились с тем, что хочешь не хочешь, а посетить обелиск всё-таки придётся. Во-первых, нам нужно узнать, какой ритуал для становления фамильяром вложил в драконов их создатель. К сожалению, об этом самим драконам ничего не было известно, ну а мы с Ли сделали Синара и Лаэль своими фамильярами, в некотором смысле, «искусственным» способом — то есть с помощью артефактов, а не ритуала. Я же всё ещё надеялась на то, что существует способ, благодаря которому, став фамильярами, драконы будут товарищами, а не рабами людей — только в таком случае можно говорить о выгодном для обеих сторон договоре. Во-вторых, неизвестная нам ранее раса фей, о которой тоже не помешает узнать поподробнее. Даже Азриль, которой, на минуточку, скоро исполнится сто тридцать лет, толком ничего о них не знала. Лишь легенды, в которых фей (или же «древних») описывали, как существ с силой за гранью нашего понимания. Вот же ж. Одна проблема за другой.

Остаток того дня мы провели в попытках найти подъём к древнему подземному городу гномов, который, по заверению Азриль, когда-то находился прямо над храмом демонов, ну а сейчас был заброшен. Сама демонесса, к сожалению, точной дороги не знала, так что нам пришлось изрядно побродить по огромному лабиринту демонов, пока не вышли на нужный туннель, ведущий к гномам. В том, что это именно он, нас заверила Азриль, прочитав древние письмена демонов. Благодаря системе, всмотревшись, мы также смогли разобрать их и убедиться в том, что дорога действительно ведёт к «народу гордых карликов», как демоны называли гномов.

Тем не менее, поскольку часы показывали уже десять вечера, мы решили заночевать в храме демонов, а в гости к гномам отправиться завтрашним ранним утром. Пока Андрей искал относительно удобный и просторный домик для ночлега, я не сводила взгляда с Азриль. Действительно ли мы можем ей доверять? Я, конечно, выступила за присоединение демонессы к отряду, однако это было больше из соображений выгоды, чем доверия. Не хочу быть расистом по отношению к демонам, однако забыть о том, какой ужас они вытворяли с людскими городами, довольно сложно. Возможно, конечно, у них были свои причины, и как заверила Азриль, её народу на людей плевать (более того, он войну не поддерживает, и не оспаривает), однако думаю, нужно будет понаблюдать за демонессой первое время. Просто на всякий случай.

Как только мы нашли подходящий домик и разместились в нём на ночлег, я вновь попробовала связаться с Тирой. Разумеется, так же безрезультатно. Похоже, нужно ждать момента, когда она сама решит выйти на связь. Иначе никак. И это плохо, ведь теперь у меня ещё больше поводов для того, чтобы поговорить с эльфийкой. Больше всего мне хотелось расспросить её о феях, ну и разумеется, Вальдемаре — тёмном эльфе, о котором нам рассказала Азриль. В том, что это именно тот эльф, которого я встретила на свой второй день здесь, я даже не сомневалась. С того момента он больше не показывался, однако именно поэтому мне и было интересно узнать, с какой целью Вальдемар отправил нас к обелиску. К тому же, я не совсем понимала, чего именно он сейчас выжидал. Вроде как эльф выступал за мир с людьми, вот только как он собирался его добиться, отсиживаясь в укромном месте — непонятно. Или же, возможно, Вальдемар и не отсиживался вовсе, а вел какую-то свою игру? Пожалуй, не стоит слишком надеяться на его помощь. Лучше думать о том, как самим совладать с грозящим нам кризисом.