Шрифт:
А потом стены перестали мерцать и словно бы подернулись матовым туманом. Сначала, когда Флеш заметил, что огни в огромном помещении стали слабее, он подумал, что что-то случилось с глазами. Он напряженно уставился на пульт управления, находящийся прямо перед ним. Пульт внезапно стал прозрачным.
— Док? — воскликнул Флеш и схватил Заркова за рукав.
Старик поднял взгляд.
— Ну вот, наконец, это и произошло, — удовлетворенно сказал он.
Стены и потолок тоже стали прозрачными, а сквозь пульт можно было различить что-то, отдаленно напоминающее пчелиные соты.
Потом помещение исчезло. Они стояли в центре одной из гигантских позолоченных ячеек-сот, и низкое глухое гудение, действительно, как в улье, наполняло воздух. Струилось ровное тепло, словно они стояли рядом с каким-то гигантским живым существом.
Отдельные секции этого фантастического сооружения поднимались отвесно вверх, насколько хватало глаз.
Узкие тротуарчики шли во всех направлениях, словно спицы гигантского колеса. Каждая ячейка имела около метра в поперечнике и освещалась мягким, золотистым светом: похоже, они находились в глубине какого-то исполинского лабиринта.
Флеш и Зарков медленно пошли по узкой огибающей ячейке.
Тонкие трубы тянулись, насколько хватало глаз, так же как и дорожки перед ними.
— А что с тем зданием и парком? — заинтересовался Флеш. — Мы ведь были там…
— Что со зданием и парком? — переспросил Зарков.
Он говорил приглушенным голосом. Все окружающее дышало какой-то торжественностью, и было похоже на библиотеку или церковь.
Зарков улыбнулся.
— Это действительно трансмиттер материи. Однако вместо того, чтобы перебросить нас в какую-нибудь точку планеты, он перебросил парк и каждое помещение сюда, на это место. Итак, мы все это время находились в памяти машины. Мы имеем дело с величайшим достижением науки, которое просто трудно сразу осмыслить.
— Две вещи в одном и том же месте, — покачал головой Флеш. Он поднял брови.
— Может быть, на том же месте, но не в то же самое время, — Зарков прикусил нижнюю губу. — Я не считаю, что это происходит в результате модуляции или размножения реального времени и пространства. В одно мгновение на этом месте существует помещение управления, в другое мгновение здесь появляется банк данных, а помещение управления уже в другом месте, потом помещение управления снова оказывается здесь и так далее.
— А как насчет Дейл? — Флеша в данное время интересовало только это.
Лицо Заркова помрачнело. Он остановился и повернулся.
— Стой, идем назад.
— И что мы будем делать?
— Вероятно, это втулка „колеса“, центральная ось банка данных. Мы пойдем назад и начнем разрушать соты, ячейку за ячейкой…
— Надеюсь, вы говорите это не всерьез, док.
— К сожалению, всерьез, — сказал Зарков. — Компьютер знает, что мы здесь. Он знает, что мы совершили вынужденную посадку. Он узнал, что мы пришли в город, и попытался уничтожить нас. Он знал также, что мы подошли очень близко к его памяти, и снова попытался остановить нас, уведя Дейл.
— А теперь вы хотите мстить.
Зарков улыбнулся и слабо пожал руку Флеша.
— Никакой мести, — заявил он, когда они снова вер нулись в центр сот. — Нам нужны внимание и сотрудничество этой машины.
Глава 13
Флеш Гордон всегда любил и уважал доктора Заркова за многие его качества, и среди них за его дружелюбие и терпимость. Он еще ни разу не видел, чтобы Зарков действовал неразумно, руководствуясь низменными побуждениями.
Сейчас же, когда они оказались внутри чудовищно огромной машины, он заметил, что его друг умеет быть жестким и решительным. Он и не подозревал, что Зарков может быть таким.
— Вы действительно хотите это сделать, док? — в последний раз спросил Флеш.
Зарков отвел взгляд. Потом посмотрел на Флеша и заметил, что полковник сильно обеспокоен.
— Она забрала Дейл, — довод был сокрушительным.
Мысль об этом наполнила Флеша болью. И все же… все же то, что они намеревались сделать, было невероятно. Он физически чувствовал это.
— Если бы она хотела нас уничтожить, она не стала бы похищать Дейл. Вы же сами сказали: Дейл — заложница.
— Мы изменим эту ситуацию, — сказал Зарков тихо, но с неожиданным упорством.
— Тогда мы должны установить контакт с машиной, а не пытаться разрушить ее.
— Хорошо, отвлечемся от нас самих. А как быть с мужчинами и женщинами с „Доброй Надежды“?
– в голосе Заркова звучала угроза. — Весьма вероятно, что их убила именно эта машина.
— А как насчет Сандры Дебоншир?