Рон тоже засмеялся.

— Это была женщина., мне кажется. И я могу вспомнить, что она говорила.

— И много она у вас взяла? — спросил его Брасс.

— Взяла у меня?

Рон произнес: — Наверное он не знает.

Калли улыбнулся Навигатору-3, а потом обратился к чиновнику:

— Загляните в свой бумажник.

— Что?

— Загляните.

Недоверчиво он сунул руку в карман. Его металлическая коробка щелкнула в руках.

— Десять… двадцать.;, но у меня было пятьдесят, когда мы уходили из кафе!

Калли расхохотался своим громким смехом. Он наклонился и обхватил чиновника за плечи.

— Вы кончите тем, что станете настоящим Транспортником.

— Но она… я… — пустота бумажника была так реальна, как и любовная боль. А пустой бумажник — это так тривиально. На глазах его выступили слезы. — Но она была, она была… — спазм помешал ему кончить предложение.

— Кем она была, друг? — спросил Калли.

— Она была… — голос его был печальным.

— Лишенная Тела… они такие, — сказал Брасс. — Пользуются разными методами. Вы были бы поражены, если бы я сказал, сколько раз это случалось со мной.

— Она оставила вам достаточно денег, чтобы добраться домой, — сказала Ридра. — Я вам возмещу потери.

— Нет, я…

— Идемте, капитан. Он платит за это, он считает, что за это стоит платить, а, таможня?

Тот, смущенный, кивнул.

— Тогда проверьте их индексы, — сказала Ридра. — Нам осталось выбрать помощника и Навигатора-1.

У общественного фоно Ридра вновь вызвала флот. Да, взвод для нее подобран. Вместе с ними рекомендуется и помощник.

— Хорошо, — сказала Ридра и протянула фоно чиновнику. Тот выслушал психоиндексы, сопоставил их с карточками Глаза, Уха и Носа, которые передала ему Ридра. Помощник выглядел вполне подходящим.

— Похоже, подбирал талантливый координатор.

— Помощник не может быть слишком хорошим. Особенно с новым взводом. — Брасс потряс своей гривой. — Ему придется держать этих парней в руках.

— Этот сможет. Я давно не видел такого высокого индекса совместимости.

— Что это за глупость? — спросил Калли. — Совместимость, черт возьми! Может он дать ногой в зад, когда потребуется?

Чиновник пожал плечами.

— Он весит двести пятьдесят фунтов, а рост его всего пять и девять.

Калли рассмеялся.

— Где мы будем залечивать раны? — спросил Брасс у Ридры.

Та вопросительно подняла брови.

— Искать Навигатора-1, - пояснил тот.

— В Морге.

Рон нахмурился. Калли выглядел удивленным. Сверкающие насекомые окружили его шею, потом вновь перебрались на грудь.

— Вы знаете, наш Первый Навигатор должен быть девушкой, и она должна быть…

— Она будет, — сказала Ридра.

Они покинули Сектор Лишенных Тела и по монорельсу направились через руины Транспортного Города, потом вдоль края поля космодрома. Темнота за окнами пересекалась синими сигнальными огнями. Корабли поднимались, становились на расстоянии синими, потом они превращались в кровавые звезды на ржавом небе.

Первые минуты они продолжали шутить: флуоресцирующий поток бросал зеленоватый отсвет на их лица. Чиновник молчал и пытался вспомнить ее лицо, ее слова, ее тело. Но она ускользала, оставляя пустоту в мозге.

Когда они вышли на открытую платформу станции Туле, с востока подул теплый воздух. Облака разошлись, показалась луна. Красный городской туман остался за ними. Перед ними во тьме возвышался черный Морг.

Они спустились по ступенькам и пошли по мерзломукаменному парку. Вокруг возвышались скалы. Ничто не двигалось.

Дверь из листового металла терялась во тьме.

— Как вы войдете? — спросил чиновник, когда они подошли к ней.

Ридра сняла с шеи капитанский медальон, приложила его к небольшому диску на двери. Что-то загудело, вспыхнул свет, и дверь скользнула в сторону.

Калли посмотрел на металлический свод наверху.

— В этом месте заморожено транспортное мясо, достаточное, чтобы обслужить сотню звезд и все их планеты.

— И Таможенников тоже, — добавил чиновник.

— Разве кто-нибудь побеспокоится позвать Таможенника, решившего отдохнуть? — чистосердечно сказал Рон.

— Не знаю, для чего бы это, — ответил на это Калли.

— Иногда это случается, — сказал чистильщик.

— Гораздо реже, чем с Транспортниками, — сказала Ридра. — Дело в том, что работа Таможенника — это наука. А Транспортник, переходящий в гиперстасисе от одного уровня к другому, — это искусство. Через сотни лет, возможно, и это станет наукой. Но сегодня человек, познавший тайны этого искусства, встречается все же гораздо реже человека, изучившего правила науки. К тому же вмешивается традиция. Транспортники привыкли к работе с мертвыми или ожившими. А для Таможенников это трудно. Здесь самоубийцы.