Мрак глухо что-то пророкотал.

— Не бойтесь, дорогая, — моей руки коснулся Морис, — Нас очень трудно убить.

Блин! Нашел, чем успокоить! Только страшней в три раза стало! Так страшно, что уже даже и не страшно почти.

Еще десять минут ходьбы и мы… Мы пришли.

На встречу нам выдвинулась белоснежная тень, величиной со среднего слона.

Хм… А Белая Королева не совсем похожа на классического сателлита! Скорее на Франкинштейна…

В идеальные очертания классического сателлита, явно вторглись иные пропорции. От головогруди поднимался торс, переходящий в аккуратную голову, на стройной шее, увенчаную тремя огромными синими глазами, мягко светящимися в ночном мраке. Лицо немного портил большой безгубый рот, разрезающий лицо Королевы почти пополам. Жвала, по сторонам рта непрерывно двигались. Полуруки-полулапы, крепящиеся там же, откуда у гуманоидов растут руки, покрыты точайшим белоснежным пушком.

Судя по всему — Белоснежка считается хорошим бойцом и ничего не боится. Во всяком слчае, она шла ко мне одна. Свита остановилась метрах в двадцати за спиной Королевы.

Я тоже двинулась на встречу. Надеюсь, это было не очень жалкое зрелище!

Вот и встреча!

Глаза Королевы бесстрастно взирали на меня. Я не отводила глаз принципиально! И чихать на то, что она — Королева! Её бы на ковёр к нашему учредителю, когда по итогам квартала отчитываемся в начисленном НДС! Вот где жуть-жуткая!

Белоснежка издала негромкое грудное шипение.

— Белая Доминанта спрашивает — ты отдаёшь ей Мрака? — поднырнул мне под руку мохнатый синхронный переводчик.

— Сет, ты же знаешь — никого я ей не отдам. Мрак — мой! Скоро родятся мои дети и он будет заботится об их безопасности. Так и переведи.

Очень довольный и совершенно спокойный сателлит процокал череду звуков. На секунду замер. Потом добавил что-то ещё. И это ЕЩЁ, почему-то выбесило Белоснежку напрочь.

Я и охнуть не успела, как она оказалась рядом. Ну… как рядом. Рядом с Мором. На которого натолкнулась, как на скалу.

Сет недовольным и весьма вызывающим тоном проклекотал очередную оскорбительную (я так думаю) гадость.

— Сетик, милый, а что ты ей сейчас сказал? И перед этим, что к моим словам добавил? — елейным тоном пропела я.

На самом деле я была зла. Очень. Просто вот, взяла бы и выщипала всего Сета! Ну, или в крайнем случае — побрила!

— Сет хороший! — буркнул интриган отодвигаясь от меня подальше.

— Конечно, Сет хороший! — подтвердила я. — Только зачем ты Королеву оскорбляешь и провоцируешь?

— Сет знает, что делает! — отдуплился мой любимый сателлит, и не собираясь близко подходить.

— Сееет!

— Сет хороший! Доминанта любит Сета. — на всякий случай предупредил осторожный негодник.

— Ты прав, но зачем злить Королеву?

— Госпожа, а она уже и не злится… почти. — отвлек меня от разборок с Сетом мягкий голос Мориса.

Повернувшись в сторону подзабытой Доминанты, уувидела в глазах Белоснежки искру интереса. Ещё бы! Сейчас мы с ней должны были меряться тем, какие мы крутые. А взамен я выясняю отношения с полугуманоидным сателлитом!

События продолжали опережать меня. Потому, что не успела я ответить, как Морис скользнул… к Белой Королеве! А мезопакостный Сет что-то снова курлыкнул обалдевшей то ли от его наглости, то ли от невозможности происходящего, Белой Королеве.

А МОЙ муж, скользнув к обомлевшей сателлитихе коснулся сочлений, чем вызвал заметное удивление. Потом, погладил выпуклую борозду на бархате брюшка, от чего Белоснежка курлыкнула томно и довольно… игриво?! Развернув корпус и наблюдая затянутыми поволокой глазками за Морисом.

Жеваный кот! Что тут происходит!? Морис совсем охренел? Он что, Белоснежку охмуряет? Или это у меня с головой совсем хреново?

Убью! И мужа и Белоснежку! Обольститель гадецкий!

— Морррисс… ещщё одно движение, и я за ссебя не отвечаю… — тихо выдохнула я, глядя как лимари продолжает движение рукой к нижней части брюшка Белоснежки, — Откажусссь и подыхай! Если тебе она кажется привлекательней меня!

А у самой в голове файлы не то, что разошлись — они ещё и расформатировались. Мозг ревратился в коктейль противоположных эмоций. Я ненавидела и любила. Ревновала и игнорировала. Мне было больно и приятно.

— Ничего дурного делать не собирался. — Морис незаметным движением оказался уже рядом со мной, в своей любимой позе — на коленях и уткнувшись лицом в живот. — Только намекнул Белой Королеве, как может быть приятно простое внимание самца, — Он с невинным видом поднял лицо ко мне.

А я в бешенстве, от души врезала ему пощёчину, с ужасом наблюдая за наливающимися кровью царапинами, оставленными моими ногтями.

Морис же с нежной улыбкой и не обращая внимание на кровь, поцеловал мою ладошку с окровавленными ногтями, как величайшую драгоценность.