– Не спрашивай, я сам не знаю. Теперь, когда главарь мятежа попался, гвардейцы и без нас разберутся с людьми клана Валентианов.

– Ты хоть понимаешь, что случилось?

– Ральф наверняка не Цертус. Мы крепко ошиблись в очередной раз.

– Придется снова искать Мастера Миража.

– Не знаю, придется ли. Пошли отсюда? – Да, уходим.

Они вместе вернулись в свою комнату – ту самую, где до сих пор чернела дыра во взломанном паркете. Король нашел аптечку и пластиковым фиксатором облепил руку друга. За толстой стеной кричали, стреляли, кого-то азартно валили наводками, где-то рядом лихо дрались.

Король опустил голову.

– Мне всегда казалось, будто она не от мира сего.

– Кто?

– Леди Джу. Как будто она когда-то давно жила по-настоящему, потом ушла в другой, хороший мир и снова вернулась из Лимба, чтобы доделать то, что не мог бы сделать никто другой.

– Ты это о чем?

– Она сделала то, что пообещала – отобрала ментальные способности у Ральфа Валентиана. Только поэтому он не убил тебя наводкой.

– А я застрелил Ральфа из ствола, который нашел на полу. До сих пор не знаю, как там могло оказаться оружие. Ты веришь в эту историю с Оркусом и Лимбом?

– Не знаю. Вообще-то я атеист.

Они замолчали, стрельба стихла, через пару минут с грохотом, освобождая оконный проем, упали щиты пси-блокировки.

– Погляди-ка, туман почти рассеялся.

Над Арбелом занимался теплый весенний полдень. Влажные белые космы таяли, уползали и прятались между деревьями. Мелкие острые весенние листья сплошь покрыли еще недавно голые кусты. По контрасту с нежной зеленью ядовито-жирно чадила крыша домика охраны. Ворота виллы были наполовину распахнуты, наполовину сорваны, у въезда темнели грубые туши боевых машин. Арестованных валентианцев пинками загоняли в приземистый фургон. И победители и побежденные почему-то показались Беренгару почти одинаково растерянными.

– …никогда не забуду ее лицо – она будто одна из статуэток Лина. Сейчас сюда заявится консул, а я не знаю, что буду ему говорить. У меня сильное желание провалиться сквозь землю.

– Брось, Марк, ты теперь герой.

– Дурак я, а не герой. Не надо было умничать, надо было сразу врезать этому Валентиану. Просто меня всю жизнь учили не бить в спину. Как ты думаешь, что теперь будет?

– Теперь все изменится – наступит наше будущее.

– Ага, вон оно как раз топает по тропинке – собственной персоной, в лице консула священного государства праведных. Сейчас он нам устроит это самое будущее.

Король всмотрелся в рваные остатки мутной дымки, туда, где двигались силуэты вооруженных луддитов.

– Мне кажется, ему сейчас не до нас с тобой.

7071 год, Иллирианский Союз, Порт-Иллири

Никогда бы не поверил, что окажусь в таком скандально-прославленном месте. Марк пошевелил пальцами на недавно зажившей руке, потом, не обращая внимания на головокружительную высоту, перегнулся через подоконник в дорогом номере грандиозного отеля «Менгир свободы». Далеко внизу, на главной площади Порт-Иллири, букашками суетились прохожие. Пышная растительность юга трепетала под теплым ветром с моря. Фонтаны испускали тончайшие струйки подкрашенной воды. Портики и статуи вовсе не проигрывали на расстоянии – напротив, оно тонко скрадывало шероховатости работы модного скульптора.

Столица Иллирианского Союза разительно отличалась от Порт-Калинуса показным отсутствием деловитости. Сияла красками летних костюмов толпа, как будто горожане собрались на воскресный праздник. Фигурки иллирианцев двигались туда-сюда, соблюдая, однако, видимость непонятного Беренгару порядка. Он изо всех сил вытянул шею и посмотрел налево. «Праздник» сразу же померк и оказался хорошо управляемым – кое-где среди лиловых, золотых и нежно-терракотовых балахонов обывателей чернели мундиры прето.

– Не вывались, – хмуро посоветовал Король.

Он расположился за столом и сосредоточенно ковырялся в маленьком неисправном уникоме.

– …не вывались, а то внутри ты набит всякими интересными штуками. Размажешься о белые плиты и испортишь любимую мраморную площадь принцепса.

Беренгар промолчал, взял со стола официальную газету диктатора, скатал из нее бумажный шар и шлепком отправил его в окно – случай лукаво отнес неопрятную бумажку туда, где под летним солнцем глянцевито блестели парадные пси-шлемы преторианцев.

– Не дури, Беренгар. Им ничего не стоит пальнуть по окнам.

– Надоело мне бояться. А ты, умник, все ловишь бывшего друга?

– Иногда мне кажется, что и вовсе не стоит ловить его. Такие Цертусы живут, обжираясь чужой энергией. Наша ненависть, память, интерес или привязанность для него только хорошо приготовленная еда. Может быть, если игнорировать Мираж, он рассосется сам собой?

– Знаешь, Вэл, поставь-ка мне ту самую запись. Хочу посмотреть ее в последний раз.

– Алекс слишком хитрый, чтобы расписаться в чем-то прочно. Она была сделана с секретом – сотрется после второго прочтения.