– Это нетрудно. В Каленусии вы в конфедеральном розыске, Вэл Август. Вашу внешность легко опознать по тем материалам, которые свободно распространяют каленусийцы.

– Я хочу видеть консула.

– В этой просьбе отказано.

– Я могу попасть в Арбел?

– Нет.

Король замолчал, тень нехорошего предчувствия сгустилась в мрачную уверенность.

– Что теперь будет?

– Во-первых, я обязан подвергнуть вас биотесту – это обязательная формальность для тех, кто бежит к нам. Не бойтесь, это безвредная процедура. Если не возражаете, протяните руку.

Король равнодушно кивнул и закатал рукав, Бейтс извлек из кейса приборчик величиной с ладонь и прижал его к предплечью Далькроза. Вэл ощутил холод и мгновенный укол.

– Готово. Хотите узнать новости?

– Да.

– Предупреждаю, они могут показаться вам неприятными, но я собираюсь поступиться корректностью в пользу правдивости.

– Я не такой пугливый.

– Отлично. Тогда вас не испугает известие о том, что вам предстоит возвращение в Каленусию.

Король почувствовал юркую струйку холода между лопатками. Лампа опять мигнула.

– Почему?

– Это особый разговор.

– Я думал, вы даете убежище псионикам.

Бейтс резко встал и принялся ходить из угла в угол, не скрывая волнения.

– Да, Оркус побери! Да, мы даем убежище сенсам из Каленусии или Иллиры. Но не таким, как вы, Далькроз.

– Почему?

– Вы в свои семнадцать лет слишком одиозная личность, вас слишком рьяно ищут, ваше имя стало символом сенса-негодяя. Не стану скрывать, нам невыгоден сейчас конфликт с Конфедерацией. Вы некстати явились, Воробьиный Король.

– Меня выдают Департаменту?

– Нет! Космос нас всех побери – нет. Консулярия никогда не выдавала и не выдаст псионика. Но убежище вам мы предоставить не сможем.

– Что все это значит?

– Это значит, что вам придется добровольно вернуться на территорию Каленусийской Конфедерации – через реку, тем же путем, каким вы явились сюда. Прошу вас, не надо спорить – это наше последнее слово.

– Консул…

– Консул не может вас принять. Даже если бы он имел время заняться вашим делом, его ответ окажется точно таким же – не сомневайтесь.

– Но…

– Я лично сочувствую вам безмерно, но благополучие жителей прибрежных районов важнее судьбы одного беглеца и даже всех ивейдеров Каленусии. Как видите, я говорю вам всю правду, как она есть, – то, о чем принято умалчивать. Или вы хотите, чтобы ради вашего спасения мы бросились в сомнительную авантюру и пожертвовали тысячами людей?

– Нет, не хочу.

– Тогда немедленно вернитесь за реку. Вэл встал. Он не знал, что ответить.

– Я могу остаться здесь хотя бы до вечера?

– Нет. Вы уйдете прямо сейчас.

– Я… Мне будет трудно это сделать.

– Я уверен, что вы, с вашим-то девяносто восьмым индексом, справитесь.

– Прощайте, мастер Бейтс.

– Прощайте, Далькроз. Хотя погодите…

– Что?

– Простите, мы не сумели оказать вам ту помощь, на которую вы рассчитывали, но кое-что еще можно сделать.

– Мне ничего не нужно от вас.

– Не отказывайтесь без размышлений. Это простая формальность, но она может вам пригодиться. Вы ведь настоящий псионик?

– Конечно.

– Подпишете эти бумаги?

– О чем они?

– Просьба предоставить подданство Консулярии, помеченное задним числом.

– Я не ношу с собой документы.

– И не носите. Обе копии останутся у меня. В конце концов, вы ничего не теряете.

Король кивнул и на весу подписал оба листа. Острое перо жестко царапнуло и проткнуло тонкую бумагу.

– До свидания, мастер Бейтс.

– Всяческой удачи вам, Вэл Лоренц Август. Король один вышел в жаркий полдень, вслед ему смотрели две пары глаз – коренастого псионика и советника Бейтса. Художник укрылся от проблем в своем кресле и не показывался. Белый диск завис над лысыми макушками холмов.

«Просить бесполезно, мне надо уйти, не теряя достоинства». Король пошел прочь, глотая соль и горечь предательства, и мертвая от солнца трава прощально шуршала под подошвами его кроссовок.

Берег неотвратимо приближался. «Я не сумею пройти сквозь заслоны днем, нет времени продумывать сложную массовую иллюзию. Такое возможно ночью, когда я в хорошей форме и готов ко всему, но только не сейчас, сейчас меня наверняка поймают. Но если я не послушаюсь Бейтса и останусь на месте, консуляры со спокойной душой скрутят меня и выдадут Департаменту. Значит, стоит попробовать».