— А вы молодец, многоуважаемый танк — улыбнулся Эстир.

— Не то слово — кивнул я — Признаюсь, про вес октаэдра я не подумал.

— Так я на стройке подрабатывал — ответил Герман — Там мужики говорили, что даже в современных домах максимальная нагрузка на железобетонное перекрытие — восемьсот килограмм на квадратный метр. А тут в четырнадцать раз больше.

Сдвинув сапогом груду костей и мелкого мусора, танк ухватился за дверную ручку.

— Ну что, готовы?

— Минуту — ответил я, судорожно копаясь в меню NS-Eye.

— В чем дело?

— Я только что вспомнил, что у меня было заклинание «приглушение шагов». Хочу посмотреть, что оно даст, если прокачать его до максимального уровня. Прошу прощения, я быстро.

Открыв древо развития способности, я искренне обрадовался, что после длительных размышлений позабыл его продать. Потому как если на «редком» этапе оно действовало исключительно на меня любимого, то уже при переходе в категорию «уникальное» превращалось в массовый баф, создающий вокруг каждого из нас «полог тишины». А затем и вовсе позволяло использовать заклинание против врагов. И пускай они орут и топают ногами сколько влезет — их не услышат.

Разумеется, подобный эффект был скорее дополнительным бонусом и действовал гораздо слабее по сравнению с более профильными аналогами, однако в данном случае мне было плевать. Сильных магов среди зомби нет, а значит, действовать оно будет как надо, без осечек.

Не думая ни секунды более, я вложил аж четырнадцать очков навыков, разом прокачав заклинание с первого редкого ранга до пятого эпического.

— Отлично. Вот теперь мы точно сможем красться как ниндзя.

Активировав групповой баф, я топнул ногой по стеклянной бутылке.

Странное чувство. Я видел, как от удара стекло лопнуло и брызнуло из-под подошвы миллионом зеленоватых осколков, но при всём при этом не издало ни единого звука.

— А мы друг друга то будем слышать? — спросил Герман чуть громче обычного.

— Да. По крайней мере, до тех пор, пока состоим в группе.

— Вот и славно. Всё? Я надеюсь, больше никому не нужно устроить привал? Покушать там или, быть может, опорожнить кишечник? Вдруг приспичило?!

— Аки вы разошлись, многоуважаемый танк — улыбнулся Эстир — Напоминаю: вы командуете непосредственно в бою, а за его пределами руководит группой Эо.

— Да помню я. Мне что теперь и слова сказать нельзя?

<Глас, прекрати. Мы оба знаем, что как боец Герман гораздо талантливее нас обоих. Поэтому не мешай и дай ему возможность себя проявить. Мне Август еще в начальной зоне неоднократно говорил о том, что в нём сокрыт потенциал по-настоящему великого полководца>

<Поскорее бы познакомиться с этим вашим Августом. Но хорошо, я понял. Постараюсь заткнуться, хоть это и сложно. Кстати, что это за симпатичный синий перстень с гравировкой пушистого шмеля? Раньше я его у тебя не видел>

<Алекса подарила. Говорит, я на него похож>

<Миленько. Глядишь еще пара встреч, и станет называть тебя «заей»>

<Будь добр, сосредоточься на подземелье>

Выставив перед собой «Небесное Возмездие», Герман потянул на себя дверь и аккуратно заглянул в проход — внутри было пусто. Только мусор, бурые пятна на стенах и груда сгнившего мяса в углу.

— Вперёд.

Танк зашагал вниз по ступенькам.

Спустившись на пролёт ниже, мы увидели длинный тёмный коридор, освещаемый одной единственной лампочкой в самом конце. Двери перед нами не было. Точнее она была, но валялась прямо на ступеньках по правую руку, красуясь испещренной глубокими царапинами цифрой «8». Видимо в пылу сражения кто-то сорвал её с петель, да так и оставил.

— Ёпт… — присев на корточки, Герман заглянул за угол и тут же испуганно отшатнулся — в шаге от прохода спиною к нам стоял Крикун, пребывая в странного вида «зомби-трансе» — Сука… напугал. Гундахар, давай, твой выход.

Игв молча повиновался, и словно заправский Рэмбо тихонько шагнул наружу, вонзил нож зомби в затылок и тотчас же вернулся обратно, утащив за собой бездыханное тело.

— Один есть! — обрадовался танк.

— Отлично. Значит, осталось еще как минимум восемьсот девяносто девять.

— Фу-у-у — поморщился Мозес, пристально разглядывая полуразложившийся труп Крикуна — Я думал, они выглядят как в кино. А эти совсем не похожи. И покрыты какими-то струпьями и грибными наростами. Гадость.