Шрифт:
– Хорошо. Лучше, чем наши.
– Вот уроды! Наверное, ещё и стипендию получают? – выругался Шевченко. – А! Ну и хрен с ними!
– Ну, вы идете или нет? – громко спросил Костолом, не дойдя до дрезины несколько метров.
Оба бывших наёмника довольно быстро растащили в стороны куски расползшегося от старости брезента, а затем спихнули с дрезины старый деревянный щит, видимо, брошенный там много лет назад.
– Ну, не бог весть что... – пробормотал подполковник, оценивая состояние транспорта. – Могло быть хуже.
И действительно, внешний вид дрезины был довольно в сносном состоянии. Высокие борта частично обеспечивали некоторую защиту транспорта. Двигатель кто-то заботливо накрыл кожухом, а стоящие под сиденьем алюминиевые канистры были полны топлива и хорошо защищены железным коробом. В носовой части Андрей нашёл два прожектора, закреплённых на высокой раме. Лампы в них были целы, хотя стекла давно уже помутнели от старости. Панель управления хотя и была цела, но ни одна кнопка на ней не работала – все окислились и рассохлись. В задней части, прямо над грузовым отделением имелась даже надстройка, внутри которой нашлась старая рация. Батареи безнадёжно сели. Да и с кем нам связываться?
– Оружия никакого нет? – поинтересовался Шевченко.
– Нет. Ничего.
– Есть оружейный ящик, но в нём пусто, – заметил Скат. – Это наверняка те, чьи кости лежат у входа подготовили дрезину к отправке.
– Подготовили, но воспользоваться не успели. Мутанты в гости нагрянули.
– Попробуйте завести её!
– Андрюха, у тебя уже есть опыт перемещения на дрезине... Может, ты запустишь?
– Нет! – парень аж побледнел. – Мне хватило прошлого раза. И вспомните ту гонку с Зиминым... Нет уж, я в сторонке постою.
Катя устало улыбнулась. Уж мы-то с ней помнили, как неуправляемая дрезина с восседающим на ней Андреем, пронеслась мимо нас, а затем отправилась в полет с метромоста.
– Тогда с нами был ещё и Дмитрий... – пробормотала девушка.
На её глазах проступили слёзы. Ей было больно вспоминать о том, что ещё совсем недавно парень был жив и здоров. И не было даже мысли о том, что кто-то из нас не сможет вернуться.
Впрочем, мысли о том, что кто-то из нас может не вернуться домой, я перестал отгонять от себя ещё тогда, когда полковник Зимин объявил на нас охоту. Именно тогда, пусть ещё и не осознанно, но мы столкнулись с вероятностью того, что один, а может, и все мы - попросту погибнем. Реальной опасности никто из нас до конца не понимал. А теперь, уже не все смогут понять...
– Катя, не надо, – произнёс я, чуть приобняв девушку. – Я понимаю, это ужасно больно. Но сейчас лучше прими как есть. Прими и смирись.
– Я не могу.
– Я знаю. Но это нужно.
– Сопли не разводите, а? – пробурчал подполковник.
– Это не сопли! – вспыхнула Катя. – Мы друга потеряли. Его нет, его больше нет! И все, уже не будет. Он умер такой страшной смертью, а мы даже ничем помочь не смогли.
– Мы помогли. – Шевченко пробурчал что-то ещё, а затем осторожно влез на дрезину, где Скат копался в двигателе.
– Ну, чего тут?
– Чего, чего... Все по отваливалось к чертям. Напрямую за питаю, но если все получится, этого хватит ненадолго. Дрезина обратно уже точно не вернётся.
– По хрен! – ответил Андрей. – Обратно я и не собираюсь.
– А если там нет выхода?
– Есть, – решительно заявил Андрей, а затем добавил, но уже менее уверенно. – Должен быть. Не может не быть.
– Ну-ка, посмотрим! – Костолом оторвал верхнюю часть панели управления с неработающими кнопками, выудил мешанину старых одноцветных проводов, и удрученно хмыкнул. – Мля!
– Ну и что куда? Они же одноцветные. – Скат непонимающе смотрел на кучу перепутанных между собой проводов.
– Отойдите, горе-электрики. Сейчас накрутите мне тут. Спалите все на хрен! – Шевченко отстранил наёмника в сторону, затем вырвал всю путаницу проводов, выудил оттуда пару наиболее целых. Минуты три он соединял электрическую схему, а после довольно крякнул. – Да будет дождь!
– Дождь? – не понял Андрей. – Какой ещё дождь? Подполковник, ты в своем уме вообще?
– Более чем! – кивнул тот и соединил вместе пару последних проводов.
Брызнули искры, запахло жжёным. Двигатель зачихал, закашлял. Постепенно, он набрал обороты и вошёл в нужный такт работы.
– Ну, вот! Говорил же, да будет дождь!
– В туннелях нет дождя, – непонимающе пробормотала Катя. – И не может. Что за чушь?
– Это просто выражение, неучи. Вроде как электрик перерезал провода и заявил, мол, да будет свет! – добавил подполковник.
– Если это шутка, то весьма глупая. – заметила Катя, отвернувшись от офицера.
– Движок исправен! Можно ехать. – Костолом отложил пулемёт на сиденье.