Мы находились в обветшалой больнице, но с таким же успехом могли бы стоять на горной вершине, а где-то вдалеке гремели бы фейерверки.

Его руки не опускались, но он не настаивал на большем.

Наклонившись к нему, обхватила ладонями лицо, поглаживая перевернутый крест, на который положила глаз с момента нашего знакомства. Кожа была намного нежнее, чем казалось. Шершавая щетина бородки покалывала ладони.

Хотелось большего. Не понимала, откуда взялось это внезапное желание, но оно было столь порочным в вожделении, и плотским в потребности быть утоленным. Возможно, это произошло потому, что действительно хотела его, а может быть, это было лишь одной из тех вещей, которые неизбежно должны произойти между нами.

Он отпрянул, прежде чем успела слишком сильно задуматься об этом, с ухмылкой на лице, удерживая нас нос к носу.

— Никогда больше не смей говорить, что не разбираешься в этом, обманщик, — уронив яблочный огрызок ему на колени, откинулась назад.

— Неплохо, верно? — Он метнул яблоко через всю комнату, попав в ржавую раковину. — Это был всего лишь тестовый вариант, — одарил меня такой плутовской улыбкой, на которую невозможно было не ответить.

Мне это было прекрасно известно. Просто у Гримма был такой взгляд, словно предупреждающий красный знак о той пагубной привычке, которую упоминала ранее.

Он был из тех мужчин, которые трахаются так классно, что думаешь об этом каждый день в течение нескольких недель подряд и воспроизводишь в памяти каждую секунду, пока занимаешься стиркой.

Возможно, я была гораздо более испорчена, чем предполагала. Не знаю, было ли ненормальным чувствовать себя так после всего случившегося со мной, но здесь… когда он смотрел на меня… это казалось чем-то мощным и разрушительным. И это ощущение было гораздо предпочтительнее, чем тошнотворное, слабое, жалкое чувство, похожее на паразита, стремящегося укорениться в моем сознании.

— Сюда, — наконец произнес он, перемещая мое тело, словно фарфоровую куклу, так что оказалась на спине, положив голову ему на колени.

Ощутила явную твердость внизу, которая, очевидно, собиралась стать тем самым изголодавшимся слоном в комнате.

— Здесь мы пробудем недолго, так что поговорим позже. А сейчас тебе необходимо поспать.

Скрестив ноги в лодыжках, еще плотнее закуталась в его толстовку.

Усталости не чувствовалось, но и не хотелось свалиться с мотоцикла, поскольку совсем не выспалась. Впрочем, так задремать тоже не получалось.

— Все, что у меня оставалось — это безмолвие; хочу услышать твой голос. Мой новый любимый звук, — тихо добавила.

Когда тишина затянулась, казалось, он не был склонен потакать мне. Вероятно, я давила, но вскоре обнаружила, что улыбаюсь, когда он начал подробно рассказывать о госпитале, в котором мы находились.

Бережно прижав руку к моему животу, он заговорил, глядя на меня сверху-вниз, а я в ответ смотрела на него так, что казалось, в горле запершило. Считается, что время определяет все, и мой жнец вернулся ко мне в самый подходящий момент.

Лицом к лицу, как сейчас, все утратило всякий смысл. Даже забыла, где мы находились. Уже не имело значения, кем была, когда казалось, что смотрю на себя со стороны и вижу, что нечто суровое и холодное, но одновременно полыхающее огнем, отражается во мне.

Будто время остановилось, а затем возобновило бег, запуская обратный отсчет для чего-то гораздо большего, нежели могла представить, что вот-вот свершится. Его прекрасные, бездушные омуты глаз, были сродни бездонному колодцу, он без всякого труда утянул меня вниз, прямо на дно, где поджидал Тартар.

А когда, наконец, начала отключаться, то была мысль лишь об том, что это одна из пагубных привычек, от которой никогда не хотелось бы избавиться.

Арлен

Проснувшись, увидела солнечный свет. Он струился через грязное окно и лишь усиливал ощущение духоты в комнате.

Голос Гримма раздался прямо за дверью, и я поняла, что он говорил по мобильнику. Сев, перекинула ноги через край кровати и встала. Размяв затекшие мышцы, опустила капюшон и подошла к окну. Стоя на носочках, осторожно выглянула наружу.

Это крыло больницы выходило на территорию старого продуктового магазина. Заметила пожилого мужчину, который толкал ржавую тележку, полную ящиков, и еще одного человека с битой.

— Разве не вы контролируете этот город? — спросила, ощущая, что Гримм вернулся в комнату. — Видела знак на вывеске.

— Мы спасли этот город. Его забросили вскоре после того, как мне исполнилось шестнадцать. Думаю, он был недостаточно велик, чтобы его можно было сохранить. На это ушло слишком много ресурсов, которые можно было бы использовать в другом месте.