Я убираю прядь светлых волос с ее лица и заправляю ей за ухо.
— Ты само совершенство. Я очень тобой горжусь.
Она медленно моргает.
— У меня никогда не было дочери. Теперь ты мне как дочь.
Я вижу, как она вздрагивает.
Ее манера вести бой – это чистая поэзия. Ее манера убивать – это танец искусной балерины на большой сцене. Она все делает с великолепной изысканностью. Идеальное оружие, несущее смерть тем, кто недооценит ее или окажется не по ту сторону баррикад.
— Отныне ты будешь носить мою фамилию. Теперь ты Уна Иванова, моя дочь, — я наклоняюсь и целую ее в лоб. Она напрягается, но не совершает никаких движений. — И одно твое имя, голубка, будет внушать страх. Его будут бояться произнести вслух.
Да. Невинная, прекрасная, несущая смерть. В ней будет сочетаться то, чего мужчины в равной степени жаждут получить и боятся.
