Шрифт:
– Сначала надеть кандалы, потом снять шнур, – послушно повторил Псих.
– Ага, понял… Это хорошо, – пьяно кивнул Золотой. – Как снимешь шнур – принесешь его мне! Понял?
– Так точно!
– Выпь… Выполняй!
Псих затопал сапогами сначала в сторону оружейки, потом обратно. Правда, инструкцию он все равно нарушил – сняв шнур, он сунул его в инвентарь, а сам, выдернув волосок, дунул на него, и тот обернулся неотличимой копией артефакта. Ее-то он и передал атаману.
Тот в это время что-то громко доказывал брату, поэтому сунул шнур в карман не глядя.
«Отлично! – подумал Псих. – Пора сваливать. Переходим ко второму этапу».
Глава сорок восьмая. Новая Брянь
(в которой продолжается свистопляска в стиле «скидывай сапоги, власть переменилась»)
п. Новая Брянь,
Заиграевский сектор
Бурятской локации.
51°43' с. ш. 108°16' в. д.
Выбравшись из дворца в обличье Деревянного лиса, Псих быстро забежал за угол, где принял свой настоящий облик. После этого, нагло и не скрываясь, он пошел ко входу, где стоял часовой – совсем уже древний старичок-оборотень. Похоже, алкоголические возлияния начальства были восприняты как руководство к действию, и весь клан предавался пьянству и разврату, отправив не посты самых никчемных и безответных.
Приблизившись, Псих высокомерно кивнул часовому и сказал:
– Любезный, соблаговолите доложить своему руководству о моем прибытии.
Старичок смерил его взглядом и, ничуть не удивившись, поинтересовался:
– Как прикажете доложить?
Псих скорчил недовольную гримасу, но все-таки снизошел до объяснений:
– Моя фамилия Эго. Альтер Эго.
– Альтер Эго… – повторил дед. – Эстонец, что ли?
– Нет-с… Эвенк. – разуверил его гость и поинтересовался. – А почему эстонец?
– Да уж больно на «Тынис Мяги» похоже, – пояснил дед и ушел с докладом, закрыв дверь на ключ изнутри.
Псих остался ждать у дверей, дед же в это время докладывал уже основательно набравшимся братьям:
– Там какой-то Яак Йоала пришел, то есть Альтер Эго. Честно говоря, не знаю, какой он там Валдис Пельш, но внешне его родная мама бы не отличила вон от той обезьяны в кандалах в бассейне.
Старший цыкнул зубом:
– Только второго Психа нам и не хватало. Первый-то половину крови выпил, прежде чем мы его повязали.
Серебряный Лис тем временем тяжело полез из-за стола:
– Пойду, посмотрю, что там за товарищ Эго явился.
Первое, что отметил Псих – что Мунгэн Унэгэн уже изрядно пьян. Младший лис даже стоял нетвердо, поэтому сразу подпер плечом дверной проем.
– Ты кто? – икнув, спросил он.
– Альтер Эго, – не моргнув глазом, ответил Псих.
– Ага… Понятно, – почему-то радостно провозгласил Серебряный. – А Психу ты кем приходишься?
– Я его брат, – заверил визитер. – Младший.
– Да ты что? – обрадовался Мунгэн Унэгэн. – Я тоже младший. Секунду, погоди…
И лис завис, явно шаря в меню. Псих терпеливо ждал.
Через минуту, по-прежнему глядя в пространство, лис сказал:
– Слышь, ты, как там тебя… Альтер Эго?
– Ну чё тебе? – машинально отозвался Псих и вдруг почувствовал, как его подхватила неведомая сила.
«Твою мать!!! – запоздало понял он. – Эта рыжая сволочь поймала меня во фляжку. Там же достаточно просто отозваться! Блин, да что же со мной такое творится – я совсем забыл об этих артефактах. Теряю хватку».
Во фляжке была полная, кромешная, непроницаемая темнота. Псих попробовал было выскользнуть, превратившись в дым, но крышка оказалась уже крепко-накрепко закрученной.
– «Чё-чё…» – передразнил Мунгэн Унэгэн, засовывая фляжку в карман. – Ничё! Чё по-китайски жопа. Вот она тебе и настала. Через пять минут от тебя, гост незванный, останется только немного водички. Да уж… А разговоров-то было! «Псих, опасен, с предельной осторожностью…». А на самом деле и сам Псих – лох, и брат у него – терпила!
И, пошатываясь, лис пошел внутрь дворца – продолжать застолье.
А вот Псих внутри фляжки был уже близок к панике. Все навешенные на него охранные и защитные заклинания визжали и бились в истерике, прогнозируя скорую гибель своего носителя. А сам Псих лихорадочно считал – сколько же времени у него есть. Досчитав, он выдохнул, хотя и без особого облегчения – его положение из безвыходного фатально-летального стало просто критическим. По всем подсчетам получалось, что он продержится минут десять, не меньше.