— Да, — тихо, слабее шепота ветра, произнесла она, опустив голову. — Все, что он сказал — правда. Я… я из другого мира. Там… там, где я жила, я любила его. Но недолго; он предал меня.

— И почему же ты мне не рассказала об этом?

В голосе Эвана слышится любопытство; не злое, действительно не злое, но Диана не верит. Она помнит слова Лео о том, что Эван ревнив. Она чувствует, как бурлит вокруг дракона закипевший воздух, когда его разум воспламеняется от коротенького слова «любила», а глаза вспыхивают золотым светом и чешуя под кожей рдеет, как угли.

— Я же пыталась! — вскрикивает девушка, поднимая умоляющий взгляд и делая шаг вперед. — Вспомни — я пыталась! Сразу, как только ты привез меня сюда! Перед тем, как… как ты взял меня — я хотела тебе объяснить…

Эван делает шаг назад, разрывая между ними расстояние, отнимая у Дианы отвоеванное крохотное пространство, и девушка бессильно роняет руки. Она чувствует, как его разум касается ее разума, властно перелистывая ее воспоминания, с подозрением отыскивает хоть крупицу лжи.

Но не находит.

— Хорошо, — произносит князь, кивнув черноволосой головой. — Тогда я не стал тебя слушать, это моя вина. Но потом?..

— А ты смог бы поверить в то, что я говорю?! — с жаром выкрикнула Диана. — А если б поверил — оставил бы меня подле себя?! Оставил бы?

— А ты хотела бы остаться? — уточнил Эван. В его насмешливом голосе прозвучала нотка недоверия, и Диана от злости топнула ногой.

— Да, черт тебя дери! — выкрикнула она. — Ты абсолютный болван, Эван, ты как ящерица, которая будет недоверчиво бегать кругами, но не посмеет притронуться и проверить! Ты не верил и не веришь до сих пор! Я говорила тебе, что знаю любовь, я тянулась к тебе! Я хотела любить тебя! Ты действительно мне понравился, и я хотела быть с тобой не только в постели! А ты отмахивался от меня, от моих чувств, от моей нежности, со смехом говорил что-то о собаке, верность которой можешь получить быстрее, чем мою любовь!.. Там, где я родилась, есть любовь, и там не имеет никакого значения то, что ты князь, ясно?! Там любят просто так!

— Хотела, тянулась, нравился… Теперь, стало быть, не хочешь, не любишь? — уточнил Эван. — Как быстро ты отказалась от того, о чем рассуждаешь с таким пылом.

— Я отказываюсь от того, — прокричала Диана яростно, — что тебе не нужно! Достаточно с меня и одного предательства, этого проклятого Андреаса! Второй такой ошибки я не совершу! Не буду страдать, не буду мучиться и плакать ночами! Не буду ждать, когда ты захочешь меня в своей жизни, и не стану надеяться, что ты хоть что-то поймешь и пожелаешь вернуться и исправить! Давай, князь! Сделай то, что должен. Кажется, Андреас озвучил тебе твои обязанности; ты не можешь быть со мной. Выкинь меня в море!

— Ты хочешь, чтобы он подобрал тебя? — спокойно уточнил Эван. — Он кружит рядом, только и дожидаясь этого.

Это еще больше разозлило Диану, она снова топнула по песку, тот осел под ее ногами, и девушка чуть было не упала — и упала бы. Если б Эван не оказался рядом и не подхватил ее, обвив руками талию. Но девушка была разъярена настолько, что оттолкнула Эвана прежде, чем поняла — он обнимает ее, он бережно поддерживает ее…

Впрочем, неважно.

— Ты думаешь только о себе, — горько произнесла она. — И о том, как бы я не обманула тебя. Читаешь мои мысли — и все равно боишься. Неужто твое сердце такое трусливое, Эван?!

— Любовь ранит сильнее оружия, — ответил Эван. Теперь он не отстранялся, не отступал. Он смотрел в лицо раскрасневшейся от злости Дианы неотрывно, и губы его подрагивали.

— Хорошо, — хрипло ответила она. — Видимо, ты не понимаешь, что мне намного приятнее будет утонуть в море, чем вернуться к этому мерзавцу… Но не будем играть с твоими подозрениями. Можешь ты меня вернуть в мой мир? Обратно, домой? Ты ведь не настолько кровожаден, — усмехнулась Диана, — чтобы убить самку. По крайней мере, ко всем прочим ты был добр. И даже к Ирине… А я? Я же заслужила немного милосердия? Ты же не убьешь меня?

— Нет, — спокойно ответил Эван. — Не убью.

— Отпустишь домой? — повторила Диана. Ее начала бить неуемная нервная дрожь, она вдруг ощутила, что ее сказка окончена, и мир вокруг нее стал чужим, пугающим. А Эван… господи боже. Да он даже не человек! Он — дракон! Он в любой момент может обернуться в монстра и убить ее! Ведь нет никого, кто спросил бы с него за это убийство, выше него — только небо! Он ведь князь! — Отпусти меня…

— Теперь не могу, — ответил Эван все так же спокойно. Да проклятье! Он словно собрался всю кровь, все силы у Дианы выпить, оставив ее пустой бессильной оболочкой.

— Да что не так?! — взвыла Диана, заламывая руки. — Ты думаешь, Андреас кинется меня разыскивать? Не хочешь, чтоб я была с ним? Да я и не буду, ни уговорами, ни силой! Там, в том мире, меня есть кому защитить!

— Я сам могу это сделать, — ответил Эван. — Защитить тебя. Здесь.

Его редкие слова падали как тяжелые капли, и Диана отчего-то вспомнила такую пытку — водой, когда капли долго и нудно капают на голову, в конце концов раскалывая ее невероятной болью , страданиями, сводя жертву с ума!