Оказавшись на палубе, я привела его к центральной мачте, встречая заинтересованные взгляды наблюдавшей за нами команды.

— Раздевайся! — приказала громко рабу, чтобы слышали все, кто был неподалёку.

Посмотрев наверх, я магией подтянула поближе к себе край одной из верёвок, покуда он торопливо избавлялся от одежды.

— Руки!

Алан не сопротивлялся, но по его щекам побежали слёзы, а за моей спиной зароптали. Краем глаза я отметила, что виновник всех событий был на месте и видел, что происходило. В следующий миг я достаточно грубо связала запястья эльфа, поднимая его руки вверх и оставляя ему немного простора для того, чтобы он повернулся ко мне, и все видели его реакцию на происходящее. То, как он дрожал, кусая губя и буквально источая волны своего отчаяния. Раб явственно считал, что козлом отпущения быть именно ему, виноват он был в недавно случившемся на камбузе или нет. А зря!

— Позвать всех сюда!

Команда собралась в считанные мгновения, и тогда я повернулась к эльфу.

— Ты обвиняешься в воровстве и отравлении членов моей команды. Что ты можешь сказать на это? — спросила у него, а он заплакал ещё сильнее.

— Госпожа, пожалуйста! — Его ужасно трясло. — Я не делал этого! Я никогда ничего не крал! И никого не травил! Я был вежливым с каждым членом вашей команды, как вы того и хотели! Я бы никогда не причинил вреда свободному...

Мне хотелось плюнуть на всё и забрать Алана отсюда, но я должна была доиграть всю сцену до конца. А потом. Потом я хотела долго сидеть с ним и успокаивать. Он не заслужил подобного отношения с моей стороны, но я была в первую очередь капитаном, а не хозяйкой.

— Какое наказание полагается, если раб украл что-то у свободного или причинил вред его здоровью? — ледяным тоном уточнила я.

Эльф вцепился пальцами в намотанные на мачту верёвки, вздрагивая в унисон собственным рыданиям, но я оказалась неумолима, схватив его за волосы и развернув к себе лицом. Так, чтобы каждый видел, что именно происходило.

— Я жду ответа!

— Казнь, госпожа...

Пора было заканчивать дурацкое представление, поэтому я обернулась к команде.

— Кто-то хочет что-нибудь добавить к моим обвинениям? Может, есть те, кто знает иного вора? Или хочет сознаться в преступлении? Я обещаю, что казнь для преступника в таком случае будет заменена на изгнание.

Вся команда начала переговариваться, на время даже забыв о тошноте. Я видела лица тех, кому, как и мне, было искренне жаль Алана. Истинный же преступник молчал, и это заставило меня нахмуриться.

«Да начнётся второй акт!» — поняла я, не наблюдая его желания вмешаться, а потому собралась с силами, чтобы вообще произнести задуманное и выдохнула:

— Алан, ты приговариваешься к казни через порку! Кто вызовется совершить эту расправу?

Проговорив последнее, я соткала из собственной магии гибкий кнут, но все молчали. На нашем корабле вдруг повисла гробовая тишина, а затем. Я обернулась к дрожащему и тихо плачущему эльфу, ласково погладив того по спине и мимоходом отметив, что его кожа всё ещё сохраняла гладкость и свежесть после моего заклинания. Ещё пара мгновений — и я снова обернулась к толпе, глядя уже в упор на виновника произошедшего.

— Некоторые из собравшихся были рабами, когда я нашла вас. Кто может сознаться в том, что он смог обмануть клеймо? — Я цепко посмотрела на каждого, кого когда-то спасла.

— Его нельзя обойти, это правда. — Верст кивнул, явно не понимая, к чему это всё. Склонив голову набок, я ухмыльнулась.

— Алан, ты воровал что-нибудь у Лия? — снова спросила у своего раба через клеймо.

— Нет, госпожа! — тут же ответил тот без малейшей запинки.

— Ещё вопрос: ты хотел причинить какой-нибудь вред команде?

— Нет, госпожа!

— А добавлял ли ты осознанно отраву в еду?

— Нет, госпожа. Пожалуйста, я ни в чём не виновен! Накажите меня, как хотите, но только не казнь. Пожалуйста! Я же ничего не делал! Я согласен на всё! Впредь я буду сначала сам пробовать каждый ингредиент перед приготовлением или вообще больше на пушечный выстрел к кухне не подойду! Пожалуйста! Любое наказание! — заговорил эльф, прижимаясь к мачте и продолжая бормотать извинения пополам с заверениями, что он этого не делал и был готов на всё.

— Вайолет, у тебя есть что добавить к этому? Ты веришь словам раба? Я задавала их ему через клеймо, — негромко заметила я.

Собравшиеся зашумели, а в глазах настоящего преступника отразилось понимание.

— Среди нас предатель! — Первым делом дошло до Верста. Или тот просто быстрее остальных озвучил общую мысль.

Все закричали, пытаясь вычислить истинного виновного, а я молчала, смотря в глаза тому, по чьей вине всё произошло. У меня к нему был только один вопрос.

— Зачем ты это сделал, Вайолет? — задала я последний.

Лицо мужчины исказила гримаса ненависти.

— С тех пор, как он появился здесь, ты стала другой, Джина, — наконец выдал он. — Эльф должен был сдохнуть, и тогда всё встало бы на круги своя!

Я печально покачала головой в ответ.

— А прирезать его за углом тебе совесть не позволяла? — Тут я лишь на мгновение представила, что это могло произойти на самом деле, и мне вдруг стало плохо. Я на самом деле привязалась к Алану, пусть времени с его появления и прошло всего ничего.

— Тогда бы ты сделала его мучеником и убивалась бы по этому жалкому куску эльфийского мяса! Сначала ты должна была в нём разочароваться!