В дверь тихо, но уверенно постучали, нарушив тихое звучание из портативной колонки песни Thank You исполнительницы Dido.

Подошла и, даже не удосужившись посмотреть в глазок, распахнула её. И замерла. Остолбенела. Зависла.

По ту сторону стоял Джастин, уперев предплечье в дверную раму и уткнувшись в него лбом. Вся его поза говорила о том, что он чертовски устал. Посмотрел на меня исподлобья, потом задумчиво потёр подбородок, не спуская с меня глаз.

— Я зайду? — тихо спросил он.

Растерянно кивнула и молча отошла в сторону, пропуская его. Он медленно и вальяжно зашёл, засунув руки в карманы джинсов. Оглянулся по сторонам с задумчивым и оценивающим видом. А я пыталась вздохнуть, потому что дышать при нём было слишком непросто.

— Итан на занятиях? — деловито поинтересовался, не смотря даже в мою сторону. Он продолжал рассматривать квартиру, словно сам хотел её снять.

— Да.

— Раздевайся, — бросил мне между делом, пройдя чуть дальше в квартиру и задумчиво рассматривая учебники на моём столе.

Я подумала, что должно быть ослышалась. Он же не мог такого сказать?!

— Прости, что?! — прочистив горло, переспросила.

— Раздевайся, — чуть повернув голову, повторил он и вновь уставился на мои учебники.

Стоял спиной ко мне и непринужденно перелистывал страницы, а я прислонилась спиной к стене и судорожно глотала воздух. По его интонации нельзя было сказать, что он хотел меня или что-то в этом духе. Он просто отдал распоряжение, и параллельно занимался своими делами. Этот Джастин был мне не знаком. Властный, сосредоточенный, но при этом вальяжный и расслабленный. Где мой очаровательный Джастин?!

— Мишель, я жду. Раздевайся, — опять повторил он.

На ватных ногах медленно прошла мимо небольшого журнального столика к дивану. Джастин стоял спиной ко мне и вообще не смотрел в мою сторону.

— Зачем? — еле слышно спросила у него.

— Сегодня вопросы задаю я, — спокойно ответил и вновь повторил: — Раздевайся.

Сжала кулаки, в глазах защипало. Конечно, я его обидела своей ложью, но мне сейчас было больно. Я чувствовала себя отвратительно. Это было унизительно, но я начала раздеваться. Не знаю, что мной двигало. Наверное, я слишком сильно любила его, чтобы перечить ему, когда он сам пришёл. Я не знала зачем и почему, но он пришёл. Разделась до белья и вновь сжала кулаки, чтобы унять дрожь в руках.

— Разделась, — прошептала я.

Он замер, потом медленно оглянулся. Я не смотрела на него, опустив голову от стыда, но кожей почувствовала его обжигающий взгляд.

— Бельё тоже, — хрипло скомандовал он и я вскинула взгляд на него, встретившись с его глазами. — Сегодня среда. Ты спешишь на один день, — заметил он и отвернулся.

Очевидно, он успел оценить мои трусики с «четвергом». Ну, извините! У меня нет более парадного белья, а за днями недели я и подавно не слежу. Тем более на белье. Сглотнув неприятный комок, сняла с себя остатки одежды, оставшись полностью голая. Обхватила себя руками, чтобы прикрыть грудь. Это нихрена не спасало, но мне было спокойнее. Одинокая слеза скатилась по щеке, и я поспешно вытерла её. Джастин словно почувствовал это и резко обернулся. Его челюсти были плотно сжаты, а взгляд то ли ненавидел, то ли боготворил.

— Садись, — указал головой на одинокое кресло и я, еле передвигая ногами, дошла до него и обессилено опустилась в него, скрестив ноги.

Мне было неуютно и некомфортно. Его близость и пристальный изучающий взгляд не облегчали мне задачу.

Джастин взял стул и, решительно пройдя с ним, поставил напротив в метре от меня. Сев на него, он широко расставил ноги, немного наклонился вперёд и упёр локти в колени. Его ладони повисли в воздухе, и он сосредоточенно смотрел в одну точку на ковре. Я сидела, практически не дыша и борясь с желанием разрыдаться.

— Ты похудела, — тихо произнёс он и поднял на меня взгляд.

Еле заметно пожала плечами. Скорее всего он прав, потому что уже практически месяц прошёл после нашего расставания, и я мало ела. Кусок в горло не лез. Аппетита не было.

— Как тебе? Уютно? Удобно? Ты чувствуешь себя уверенно? — засыпал вопросами, немного склонив голову набок, будто оценивая меня.

— Нет, — сглотнув, промямлила я.

Он усмехнулся.

— Вот так и я себя чувствовал, когда узнал про твою ложь. Когда понял, что обнажил перед тобой свою душу, а ты решительно уничтожила меня. Я чувствовал себя униженным и абсолютно беспомощным перед тобой. Перед скромной и застенчивой девушкой, я, почти двухметровый лось, чувствовал себя поверженным, — в его интонации сквозила боль и я прикрыла глаза, наконец поняв, для чего он мне это устроил.

Он не собирался причинять мне боль. Он просто наглядно продемонстрировал. Что ж, ему это удалось. Из него вышел бы хороший воспитатель. Или папа…

— Мне жаль, Джастин… — прошептала в ответ, поёжившись.

В квартире было достаточно прохладно, но, очевидно, мне не дадут пока одеться. Волоски на теле встали дыбом, и я лишь крепче обняла себя, пытаясь немного согреться.

— Как это произошло? — задал в лоб вопрос, который скорее всего мучил его больше остальных.

И его можно понять. Отвела взгляд и тяжело вздохнула. Во всяком случае я смогу ему рассказать. Так моя совесть хоть немного очистится от груза вины.