Вдруг Холден услышал за спиной топот. Он моментально повернулся и понял, что недооценил первого противника. Тот оказался крепким малым и после удара, который отправил бы в глубокий нокаут любого, поднялся на ноги и бежал на него. Дэвид отшатнулся, потерял равновесие и едва не свалился в бассейн. Часовой пронесся мимо и припал на колени, стараясь остановиться, когда понял, что промахнулся. Холден кинулся на него, но тот мгновенно обернулся и в его руке тускло блеснула вороненая сталь пистолета.

Дэвид потянулся к кобуре, не сводя взгляда с противника.

Краем глаза он уловил рядом какое-то движение.

На часового летела Рози Шеперд, вытянув вперед правую ногу, подогнув под себя левую и немного согнувшись в талии. Удар пришелся по правому предплечью, охранник упал набок и выронил пистолет, который далеко отлетел по дорожке. Холден бросился на часового сверху и звезданул его в челюсть утяжеленным рукояткой кулаком. Голова того с костяным стуком ударилась о бетон, и он затих.

Рози опустилась рядом, когда он щупал пульс охранника.

– Ничего страшного. Жив.

– Здоровый черт, – заметила она.

Дэвид взглянул на нее, поднялся и проверил второго часового. Как и первый, он всего лишь потерял сознание и дышал нормально. Они связали их по рукам и ногам и оставили так, решив не затыкать рот, чтобы не вызвать смертельного удушья.

Скопалини стоял рядом, пока Холден и Рози оттаскивали оба тела за кустарник у бассейна. Шеперд подняла отлетевший пистолет – это был «Браунинг», отстегнула обойму и забросила ее в воду, а разряженный пистолет – далеко в кусты.

Дэвид посмотрел на часы. Они уже не укладывались в график проведения операции. В пять двадцать три трансформатор будет включен вновь, а сейчас – пять двенадцать.

Они подбежали к стеклянной двери дома. Скопалини тащился сзади. Охранная сигнализация не работала, поэтому с дверью можно было не церемониться. Холден навалился на створки, между которыми образовалась небольшая щель, и заметил, что дверь закрыта не на замок, а всего лишь на защелку. Он вогнал в щель у ее язычка широкое лезвие ножа и с силой повернул его, как рычаг. Раздался треск лопнувшего дерева, Дэвид поддал плечом, и створки распахнулись внутрь.

За дверью оказался огромный холл и даже в темноте мебель в нем казалась величественной.

Второй в дом шагнула Шеперд. Цепочку замыкал Скопалини, который снял свой рюкзак со спины и держал его в руках, словно мешок с грязным бельем.

Сейф находился в кабинете Костигена, расположенном в дальнем конце особняка.

Несмотря на то, что снаружи дом казался старинным, внутри он был просторным и комфортабельным. Они пробежали холл, пересекли большую гостиную с высоким потолком и остановились перед широкой резной деревянной дверью. На удивление, она оказалась незапертой и легко открылась. Рози шагнула в дверной проем плечом к плечу с Дэвидом, держа автомат наготове у правого бедра. Эта дверь отделяла основную, жилую часть дома, от офиса Костигена – помещения для посетителей, комнаты секретаря и его служебного кабинета.

Быстро захлопнув за собой дверь, они очутились в кромешной темноте – в помещении для посетителей не было окон, – и Холден включил карманный фонарик.

Вперед, быстрее вперед. Они оставили за собой комнату, пробежали по коридору и очутились перед дверью, ведущей в кабинет Костигена. Однако очередного чуда не произошло – она была закрыта на замок.

Дэвид повернулся к Скопалини.

– Можешь открыть ее?

Тот хмыкнул.

– Открыть-то могу, только останется ли время на сейф?

Холден повернулся и взглянул на Рози.

Они забросили автоматы на спину, сделали шаг назад и одновременно ударили ногами по створкам двери. Она затрещала, и одна ее половинка ввалилась внутрь, повиснув на одной петле. Шеперд ударила еще раз, и дверь с грохотом упала на пол.

– Ну, если о нашем присутствии пока не догадывались, то теперь… – протянула она обыденным голосом, не закончив фразу.

Дэвид подтолкнул Скопалини в кабинет, а сам задержался снаружи, посматривая на дальний конец коридора, откуда они пришли. Время – пять шестнадцать, остается семь минут, чтобы вскрыть сейф. Если электричество включится, когда они будут его взламывать, то сверху упадут стальные панели и превратят комнату в ловушку.

– Быстрее, быстрее, – проговорил он, поворачиваясь и входя в кабинет.

Это было довольно просторное помещение, и стоящий в его противоположном конце стол казался нелепо маленьким. Вдоль стен были расставлены диваны, кожаные кресла и журнальные столики. В углу находился резной бар.

Рози тем временем снимала со стены большую картину в дорогой раме. Скопалини без особого энтузиазма помогал ей. За полотном обнаружилась ниша, в которой была видна дверца сейфа.

– Не успеем, – проворчал Антонио.