Настолько весело, что они чуть не уронили Сволоча, пока вели его к стенду и крепили зажимами.

Они и себя-то не уронили лишь потому, что повисли на киборге в двух сторон, похрюкивая и повизгивая от хохота. Один даже ноги поджал, подрыгивая ими от восторга, и Сволочь пронес его несколько шагов, словно так и надо. С типовым выражением лица за номером два, как и полагается правильному киборгу, и даже не замедлив шага. Семьдесят два килограмма, было бы о чем говорить, полностью загруженная обвязка весит в два раза больше.

— Не, ты видел? Ты видел, да?! — полузадушено подхрюкивал этот висельник, вцепившись Сволочу в плечо и ремень. — Игорюнчик-то! Ох, Га-а-арик! Фу-ты ну-ты стуканутый! Красавчег, гы-ы-ы! Будет теперь кочевряжиться!

— Ага! — вторил второй, всхлипывая от восторга. — Мата Харрик с разбитой харей!

И они снова заливались сдавленным хохотом, обвисая на Сволоче. Судя по всему, его неудачливого временного хозяина тут не очень-то любили не только киборги. И, наверное, лаборантам тоже было за что не любить этого самого Гарика, и хорошо, что сейчас его тут нет.

Сволочь привел флаер во внутренний дворик центрального новобокайдского филиала «АванGARDa» безо всяких проблем. Припарковался как положено. И включил сирену, оставаясь неподвижно сидеть на водительском сиденье. Не реагировал ни на выскочивших охранников с оружием наперевес, ни на прибежавшего после доктора, который, только глянув на залитого кровью Гарика, замахал длинными костлявыми руками, словно лопастями вентилятора, и погнал кого-то за гравиносилками. Начавшего слабо шевелиться гардиста осторожно в шесть рук переложили на эти самые носилки и быстренько увезли в сторону лифтов. Охрана к этому времени уже расслабилась и ухмылялась откровенно — ну, по крайней мере, человеческая ее часть. А Сволоча, урегулировав какие-то не совсем понятные формальности с хмурым и подозрительным дежурным, взяли под жетон два хихикающих лаборанта. И приказали следовать за ними в лабораторию.

Ну, во всяком случае, это им так казалось, что они его под жетоном вели. Жетон был гардистский — а значит, априори менее приоритетный, чем полицейский. Ларт очень славно сформулировал свой отменяющий приказ — «отныне и вовеки веков», тем самым стирая не только уже отданные и принятые к исполнению, но и все возможные в будущем приказы сторонних лиц. В том числе и гардистов. Ларт действительно сделал его свободным, по-настоящему свободным, и если бы Сволочь хотел — он бы не подчинился гардисткому жетону. Он ведь более не был обязан ему подчиняться. И вполне мог развернуться и рвануть в боевом режиме куда подальше.

Он бы успел уйти, с вероятностью 87 % даже не особо и поврежденным. Во дворе из киберов сейчас оставался один дежурный гард, старенький джекки восьмого поколения, да и тот в стандартно-охранном режиме. Такие не реагируют на тех, кто не пытается прорваться внутрь охраняемого периметра, во всяком случае, не реагируют без особого приказа. Людям же требовалось время — чтобы осознать и отдать нужный приказ, так что удрать можно было вполне.

Но тогда и вообще не стоило сюда прилетать.

И Сволочь сделал все так, как было правильно. Как от него ожидалось. Как надо. Надо не этим слишком смешливым лаборантам — ему самому.

Странная радость с оттенком горечи — знать, что ты сам это выбрал. И идешь по собственной воле, не ощущая ни малейшего натяжения поводка, за который эти придурки время от времени пытаются дергать — просто так, для острастки.

Он — хороший кибер. Правильный. Никакого сбоя не было. Он, конечно, старый и выработавший ресурс, но вполне функционален и подчиняется приказам — вон привез человека, по собственной глупости в аварию попавшего. Не пытался сбежать. Не проявлял своеволия. Вот ни разу даже и не думал, нечем ему думать, только приказы, только подчинение. Да, все проги стерты и в строке хозяина пустота. Ну так не его вина, не сам же себе он все это стер, гардист постарался, а тут авария. Повезло еще, что не до конца отформатировал кибера и тот на остаточном эхе сработал и сделал все как программой предписано было. Идет вот опять же, не сопротивляется, даже поводок не натягивает, все как положено. Он — правильный кибер. Только очень старый, вон даже до конца восстановиться, и то не сумел. Плохо функционирующее оборудование, устаревшее и подлежащее списанию. Это нормально. Это не сбой, не прорыв за рамки программы, ничуточки даже и не похоже.

А раз никакого сбоя вовсе и не было, то значит никто и не пытался его спасать. Никто не будет спасать обычную тупую машину. Глупо рисковать своей жизнью, вытаскивая из-под пресса сломанный тостер. Глупо даже думать в эту сторону. Глупо и смешно. Совсем как этой парочке…

Они дважды роняли поясное крепление и по разу — коленное и оба голеностопных. Успокаивались вроде, но потом переглядывались — и снова начинали ржать. Сначала Сволочь даже заподозрил, что они находятся под воздействием одного из условно запрещенных к открытому употреблению легких наркотических веществ. Но быстрое скрытое сканирование не обнаружило в их крови никаких нелигитимных примесей. А несколько увеличенное по сравнению с нормой содержание эндорфинов было, скорее, следствием, чем причиной их веселья. Похоже, их действительно веселила сложившаяся ситуация сама по себе, безо всяких химических добавок. И особенно — бедственное положение ненавистного Гарика, сумевшего, похоже, своими выходками, гениальностью и высокомерием достать коллег до самых печенок.

На стенде было… нормально.

Металлопластиковые ленты креплений поначалу холодили голую кожу, но очень быстро нагрелись и перестали ощущаться. Иллюзий по поводу собственного будущего Сволочь не питал, но очень надеялся, что оно будет не слишком долгим. И это были не пустые надежды — зачем досконально и тщательно проверять оборудование, подлежащее утилизации? Глупо ведь, правда? Прогнать быстренько по стандартной сокращенке, отключить все ненужное, и… может быть, в мусор. А может быть, все же кому-то из персонала пригодится списанный кибер. Ну, мало ли. Вероятность на три целых и восемь десятых процента выше нулевой.